Рэмси обнял меня за плечи и повел к входной двери.
— Камеры не особо скрыты. Одного их вида должно хватить, чтобы отпугнуть желающих сунуться сюда.
Я надеялась, что он прав. Но тот, кто стоял за нападениями на меня, явно не отличался здравомыслием. Оставалось верить, что хотя бы инстинкт самосохранения у него есть.
Мы вышли на крыльцо как раз в тот момент, когда перед домом остановились четыре внедорожника.
— Прямо президентский кортеж, — пробормотала я.
Рэмси прижал меня крепче.
— Все будет хорошо.
Я посмотрела на него, пытаясь заметить хоть тень сожаления. В его челюсти ощущалось легкое напряжение, но и только.
Он делал это ради меня.
Даже если от толпы людей на его территории ему самому хотелось сбежать.
Из внедорожника Хейза выскочил Эллиотт.
— Шайло!
Он помчался ко мне и с такой силой врезался в живот, какой я никак не ожидала от ребенка его размеров.
Из меня вырвался тихий вздох, и я посмотрела на Рэмси.
Он пожал плечами.
— Я попросил Хейза забрать еще Эллиотта и Эйдана.
Я взъерошила Эллиотту волосы.
— Я скучала.
— Я тоже. Завтра приеду с Эйданом на работу, и мы потусуемся. Я еще по Оникс скучал. Как она? А где Кай?
Эйдан покачал головой, поднимаясь по ступеням, но на его губах играла улыбка.
— По одному вопросу за раз.
Словно отвечая на один из них, Кай выскочил из дома. Эллиотт тут же опустился на колени и обхватил пса руками.
Хейз направился к нам, и его глаза расширились.
— Ничего себе.
— Какой красавец, — сказала Эверли. — Он хаски?
— Наполовину волк, — объяснила я.
У нее отвисла челюсть.
— А выглядит настоящим добряком.
Рэмси посмотрел на меня.
— Похоже, рядом с Шайло он таким и становится.
Щеки вспыхнули, и я отвела взгляд.
Берди взлетела по ступеням и прищурилась, глядя на Рэмси.
— Ты разговариваешь с лошадьми шепотом?
Его губы дрогнули.
— Разговариваю.
— С дикими?
— Иногда они дикие. А иногда просто пережили что-то плохое и им нужен человек, который поможет им исцелиться.
Она еще внимательнее посмотрела на Рэмси, словно пыталась заглянуть под поверхность и увидеть, что скрывалось внутри.
— И тете Шай ты тоже помогаешь исцелиться.
Сердце болезненно сжалось, когда Рэмси посмотрел на меня.
— Помогает, — тихо ответила я.
С тех пор как я оказалась здесь, жизнь подарила мне столько всего хорошего, что даже неловко становилось. Но исцеление, которое я находила рядом с Рэмси… было самым ценным из всех подарков.
— Хочу познакомиться с этим знаменитым Каем, — сказала мама, поднимаясь на крыльцо.
Холт забрал у нее пирог.
— Не хочу, чтобы ты уронила такой ценный груз, если этот зверь на тебя прыгнет.
Мама рассмеялась.
— Ты всегда думаешь только о еде.
— А разве не все должны?
Мама покачала головой и быстро обняла меня. Кай посмотрел на нее, высунув язык. Она наклонилась и почесала его.
— Ты самое красивое создание, которое я когда-либо видела.
— И он прекрасно об этом знает, — рассмеялась я.
Она выпрямилась и посмотрела на мужчину рядом со мной.
— Спасибо, что пригласил нас, Рэмси. Я Джулия.
Рэмси протянул ей руку.
— Рад познакомиться.
Следом за мамой поднялся папа и сжал ее плечи.
— Рад тебя видеть, Рэмси.
— Взаимно, Гейб. Как тебе Шэдоу?
— Одна из самых хорошо выезженных лошадей, какие когда-либо стояли у меня в конюшне. Вообще-то я подумываю взять еще одну или две.
— После еды могу познакомить тебя еще с несколькими. Они уже готовы обрести новый дом.
Папа улыбнулся и кивнул.
— Было бы здорово.
Холт посмотрел на тарелку у себя в руках.
— Но сначала мы едим пирог, правда?
Я откинулась на спинку кресла адирондак на заднем крыльце и сделала большой глоток лимонада. Солнце уже скрылось за горизонтом, заливая лужайку золотистым светом.
— Он хорошо с ними ладит, — сказала Хэдли, отпивая пиво.
Я смотрела, как Сейдж с визгом рассмеялась и увернулась от Рэмси. Они играли в какую-то разновидность салок, правил которой я до конца не понимала.
— Это тот же дар, что помогает ему с лошадьми. Его умение чувствовать других.
— Я вижу это и по тем двум мальчишкам.
Я перевела взгляд на Эллиотта и Эйдана. Эллиотт объединился с Берди, и теперь они сообща атаковали Беккета. Эйдан наблюдал за ними с широкой улыбкой. Сегодня они были спокойнее и свободнее, чем я когда-либо их видела. Может, потому что знали: здесь они в безопасности. Может, потому что оказались среди шумной семьи, где за всем этим хаосом ясно чувствовалась любовь. А может, дело было в том убежище, которое Рэмси подарил им на ранчо.