Прямо дух захватывает!
Однако, как говорится, ближе к делу. Обхожу очередную пронумерованную, молодую красотку, вдохнув аромат ее парфюма, коим она надушилась сегодня утром в своей квартирке на Стэтн-Айленде или в Бруклине в жалкой попытке окружить себя атмосферой превосходства и компетентности, а в итоге запахла лишь дешевой доступностью. Приближаюсь к цели, чувствуя кожей придающее уверенность касание пистолета. Знание, конечно, сила, но есть и другие, не менее действенные источники могущества.
– Профессор, приготовиться! Кажется, рыбка клюнула.
– Понял, – ответил Роланд Белл, и его голос через динамики разнесся по фургону скрытого наблюдения, где сидели Лон Селлитто, Рон Пуласки и несколько оперативных работников.
Райм и Селлитто не раз привлекали к сотрудничеству детектива нью-йоркского управления полиции Белла. Сейчас он шагал по маршруту от отеля «Уотер-стрит» до Полис-плаза-один. Беллу пришлось сменить свои обычные джинсы, дежурную рубашку и спортивную куртку на плохо отглаженный костюм, чтобы исполнить роль подсадной утки – несуществующего профессора Карлтона Соумса.
Или, по его собственному определению, произнесенному протяжным говорком уроженца Северной Каролины, что-то «вроде куска падали на крючке с леской».
Белл прошептал в микрофон, спрятанный под отворотом пиджака и такой же незаметный, как и микродинамик у него в ухе:
– Далеко?
– Прямо за тобой примерно в пятидесяти футах.
– Хм-м.
Белл являлся ключевой фигурой в «Операции „Эксперт“», спланированной Линкольном Раймом и основанной на его более продвинутом понимании преступного почерка «5-22».
– Он не спешит лезть в нашу компьютерную ловушку, но позарез нуждается в информации – это я точно знаю. Нам надо подманить его другим способом – спровоцировать на вылазку. Проведем пресс-конференцию и объявим, что пригласили эксперта, а вместо него подставим переодетого копа.
– Ты так уверен, что «5-22» смотрит телевизор?
– Он наверняка следит за новостями, желая знать, как продвигается расследование, особенно после своего прокола на кладбище.
Селлитто и Райм решили возложить эту миссию на детектива, не задействованного в их команде. Роланд Белл в таких делах отличался безотказностью – если только не был занят выполнением другого сложного задания. Райм позвонил приятелю в Университет Карнеги-Меллон, где неоднократно выступал с лекциями, рассказал ему о преступлениях «5-22», и руководство учебного заведения, известного своими работами в области безопасности и высоких технологий, согласилось помочь. Их веб-мастер включил в преподавательский состав на университетском сайте доктора философии Карлтона Соумса.
Родни Шарнек состряпал резюме для новоиспеченного профессора и разместил его на дюжине научных веб-сайтов, после чего открыл для Соумса его собственный сайт с обычными реквизитами. Селлитто забронировал комнату на фамилию Соумс в отеле «Уотер-стрит» и организовал пресс-конференцию. Теперь оставалось лишь ждать, когда «5-22» клюнет на эту приманку.
Что, очевидно, и случилось.
Незадолго до этого Белл вышел из отеля «Уотер-стрит» и задержался у входа, весьма правдоподобно разыграв сцену разговора по телефону. Он стоял на открытом месте достаточно длительное время, чтобы «5-22» успел заметить его. Наружное наблюдение доложило, что отель поспешно покинул неизвестный мужчина и теперь следовал за Беллом.
Селлитто спросил Рона Пуласки:
– Узнаешь его? Он похож на какого-нибудь эсэсдэшника из списка подозреваемых?
Оба сидели рядышком перед экраном монитора. Четыре оперативника сопровождали Белла на почтительном удалении; двое из них несли на себе скрытые видеокамеры.
Однако на людной улице было трудно разглядеть лицо убийцы.
– Может, это кто-то из технического персонала? Или постойте-ка, уж не сам ли Эндрю Стерлинг? Нет, вряд ли, просто походкой напоминает. Не могу понять. К сожалению.
Обливаясь потом в душном фургоне, Селлитто вытер лицо рукой и, подавшись вперед, сказал в микрофон:
– О'кей, профессор, «5-22» идет на сближение. Между вами около сорока футов. Он в черном костюме и в черном галстуке. В руке чемоданчик. Судя по походке, вооружен.
Большинство копов после нескольких лет оперативной работы могут определить наличие у человека оружия по его движениям и манере держаться.