– Вернулась… опознание и все такое… знаешь, теперь я была… другой, что ли? Андрюшиных похорон почти и не помню, а здесь… распрекрасно. Еще думала, что теперь все мои проблемы решены. Богатая вдова… только ничего не получилось. Сын у него был от первого брака. Взрослый. И завещание, по которому все Яшкино имущество сыну этому переходило. Вот и осталась я ни с чем. Нет, те деньги, которые откладывала, были… и цацки забирать не стали великодушно. И тачку оставили. Но с квартиры попросили съехать.
Стянув резинку, она повертела ее в пальцах, отбросила.
– Денег на жизнь хватало, только я вдруг поняла, что привыкла, когда их не много, но достаточно. Яшка не был жадным…
– И поэтому ты решила найти себе нового мужа.
Варвара кивнула.
– Понимаешь… я, наверное, совершенно испорченная, но… подумалось, что ведь другие-то так и живут… найдут состоятельного, немолодого… я не собиралась никого убивать. И не убивала. И… и это тоже своего рода сделка. Олега я встретила в спортзале. Яшка приучил, говорил, что внешность – тоже капитал, а за капиталом следить надобно. Вот я и следила, как умела. Он тоже. Не скажу, что это была любовь с первого взгляда… так, раз перекинулись словом, другой, потом в кафе посидели. В городе встретились. Он был очень внимательным и слушать умел, как никто другой. Я рассказывала… про Андрея, про Яшку с его белой горячкой, а он – про жену. Мне должно было быть совестно, что семью разбила и все такое… отец меня вот проклял, как будто я виновата. Нормальную семью не так просто разбить.
Варвара тянула прядь за прядью, расправляя, а затем отпуская, и волосы спешили свиться тугими пружинками.
– Он ее не любил… он мне сразу так сказал. И что раньше – да, была любовь, а потом исчезла. Они вместе работали. Жили. Было удобно, но удобства – это слишком мало, чтобы и дальше. Он сказал, что любит меня. А я ответила, что он ошибается. И ушла. Мне не настолько еще хотелось замуж, чтобы в семью лезть. Я и спортзал оставила… номер сменила. А он все равно меня нашел. У нас не такой большой город, чтобы и вправду можно было спрятаться. Появился на пороге с цветами и кольцом. Сказал, что ушел от жены. Подал на развод, сказал, что даже если я не соглашусь, то он к ней не вернется. Чужая женщина. Он ее уважает безмерно, но… все равно ведь чужая. Слишком деловая… она и детей не хотела. И наверное, если бы вдруг захотела, то не смогла бы. Старая уже.
– А ты молодая.
– Молодая. Он сказал, что прекрасно понимает, что я его не люблю. Но он постарается, чтобы полюбила… и действительно очень старался. Цветы, подарки… не ювелирка, нет, но такие маленькие… сюрпризы, да… – Варвара прикрыла глаза. – Однажды подарил букет воздушных шаров… прислал коробку шоколадных сердечек… живого кролика, правда, пришлось отдать, потому что у меня аллергия на шерсть… Развод он получил, хотя жена была против. Она… она меня ненавидела. Я хотела встретиться, просто поговорить. Сказать, что не разбивала их семью, что этой семьи не было, и если ей Олег дорог, то надо его отпустить. Тогда он не уйдет… остаться другом. Он в это и вправду верил. И старался. Думал, что Ольга поймет… и я решила, что поймет. А она с первого слова сказала, что я – тварь и она меня ненавидит… и проклинает… хотя я уже проклята. В общем, не получилось разговора… потом она еще звонила, угрожала… в суд подала на раздел имущества. И судья – Андрюшина мамаша, которая меня и так ненавидела, а тут, сама понимаешь, третий брак… состоятельный мужчина… что еще думать, как не то, что я нашла очередную жертву…
Варвара резиночки надела на запястье, а встрепанные волосы пригладила.
– Наверное, со стороны это все выглядит, мягко говоря, подозрительным. Третий брак… и я Олега предупреждала, что о нас станут говорить, он только отмахивался. Единственное, о чем переживал – дело свое, он ведь в этот Центр годы жизни вложил. Труда… и ладно, что половину отдали Ольге, так ведь она совсем его выжила. Было просто невозможно и дальше с нею работать. Каждый день скандалы. Истерики. Она то обвиняла его, то в слезы ударялась, то вообще грозилась с жизнью покончить. Пить начала втихую… Олег никак не мог ее оставить, а у него, между прочим, сердце слабое. Весь извелся.
В отличие от Варвары, Саломее было нисколько не жаль неизвестного Олега с его слабым сердцем. Сам выбрал себе путь.
– И мы решили, что проще будет долю продать… покупатель нашелся быстро. Цену предложил неплохую. Олег рассчитывал на эти деньги другой Центр открыть. Он ведь хорошим хозяйственником был. И связи многие сохранились, и специалистов переманил бы, не всех, конечно, но многие бы пошли к нему. В общем, не собирался Олег умирать… и на отдых мы должны были полететь вместе. Я настаивала. Он за эти полтора года сильно сдал… сначала развод, потом суд, скандалы постоянные. И Центр, как бы Олег ни говорил, что ничего страшного, но я-то видела… для него этот Центр многое значил, и в его возрасте начинать все с нуля непросто.