На День святого Валентина Вадим подарил Лене большое плюшевое сердце ярко алого цвета и букет белоснежных роз. А главное, он впервые сказал, что любит её.
Глаза девушки так ярко вспыхнули, что Вадиму показалось, будто с неба пролился ливень из васильков. Весь мир стал ярко-синим! И у парня от счастья закружилась голова. Когда же её губы прошептали:
— И я тебя тоже, — парень ощутил себя на седьмом небе от счастья.
А потом наступило Восьмое марта. Вадим с утра поздравил маму и бабушку, вручил заранее приготовленные подарки, и сломя голову помчался к Лене. Девушка как-то проговорилась, что её мама обожает мимозы, поэтому вместе с букетом для Лены Вадим прихватил с собой большую ветку, усыпанную мягкими ароматными жёлтыми шариками.
Папа Вадима называл мимозы веснушками весны. Он сетовал на то, что многие девушки не понимают, что веснушки придают их лицам особую миловидность, и беспощадно борются с ними.
— Жаль, очень жаль, — добавлял мужчина с огорчением в голосе.
А Вадим улыбался, потому что у Лены не было веснушек. Он был уверен: она настолько прекрасна, ей абсолютно незачем что-то исправлять в своей внешности. Может быть, от того, что он смотрел на неё глазами влюблённого. А может, Лена Логунова и впрямь была писаной красавицей…
Вера Максимовна, получив от Вадима ветку мимозы, растрогалась чуть ли не до слёз. А в глазах Елены Вадим успел заметить промелькнувшую благодарность, несмотря на то, что девушка почти сразу же потупила взгляд.
Вадим заранее запланировал отвести любимую девушку в кафе. Больших денег в его распоряжении, естественно, не было, он и так уже растратил почти всё, что копил, начиная с лета. Так что кафе он выбрал скромное. Оно и называлось соответственно — «Гостеприимная малютка».
Кафе было небольшим — всего несколько столиков, накрытых белой скатертью. Одни из них были рассчитаны на двоих обедающих, другие — на четверых.
Вадим заказал столик и с затаённой гордостью усадил за него Лену. После чего с умилением наблюдал за тем, как его спутница старается выбирать не самые дорогие блюда. Не выдержав, он осторожно взял из её рук меню и спросил:
— Ты любишь коктейль из креветок?
— Да, — ответила она, и быстро добавила: — Но…
— Никаких но, — не дал парень ей договорить. После чего предложил Елене отведать местную уху из морского окуня и отбивные с гарниром из хрустящего картофеля. На десерт заказали по куску торта с кремовой прослойкой с добавлением миндаля.
Получив заказанное, девушка испуганно проговорила:
— Не думала, что будет так много… Я столько не съем!
— Ешь, сколько сможешь, — великодушно разрешил Вадим.
Но еда оказалась настолько вкусной, что Лена съела всё! И, оглядев опустевшие тарелки, произнесла с долей смущения и удивления:
— В твоей компании я, кажется, превращаюсь в бегемотика.
— Никогда в жизни не видел таких симпатичных и милых бегемотиков, — пошутил Вадим.
— Он ещё и дразнится, — надула свои небольшие, но пухлые губки девушка.
— Так я же пошутил, — заверил он её. — Раз в год можно позволить себе поесть сытно и вкусно.
— Ты собираешься водить меня в кафе всего раз в год? — с притворным негодованием воскликнула Лена.
— Пока, представь себе, да. В лучшем случае два раза в год. А вот когда завершу образование и устроюсь на хорошую работу, постараюсь баловать тебя как можно чаще.
— Хорошо, я подожду, — серьёзно ответила она и пообещала.
После десерта Вадим решил затеять интеллектуальную беседу:
— А ты знаешь, — спросил он, — что твоё имя переводится с греческого языка, как «свет»?
— Нет, я этого не знала, — призналась Лена.
— Теперь будешь знать, — ласково улыбнулся он. — Ты, конечно, читала, или слышала миф о Елене Прекрасной…
— Да, из-за неё началась война, и Троя превратилась в пепел.
— Вот-вот! — почему-то обрадовался Вадим. — По древнегреческим мифам, Елена Прекрасная была дочерью Зевса и Леды, дочери царя Фестия.
— Угу, Зевс превратился в лебедя, чтобы соблазнить Леду, — улыбнулась Лена.
— Точно!
— Теперь мужчинам не нужно прибегать к таким ухищрениям, — не скрывая иронии, ответила Лена.
— Как знать, — загадочно отозвался Вадим.
— Что ты имеешь в виду? — спросила Лена.
— В общем, ничего, кроме того, что Елена была Прекрасной. Овидий утверждал, что лицо Елены не нуждалось в косметике, которой злоупотребляли почти все гречанки того времени.
— Ну ещё бы, если она вылупилась из лебединого яйца, — насмешливо прокомментировала Лена.
— Думаю, что в реальности всё было гораздо прозаичнее, — притворно вздохнул Вадим. — Леда родила Елену Прекрасную, как и всех остальных детей, от своего мужа царя Тиндарея.