— Как настоящий друг, он не мог поступить иначе.
— Прошло столько лет…
— Но я по-прежнему люблю тебя! И мы можем всё исправить, продолжить наши отношения с той точки, в которой они прервались.
— Это невозможно, Вадим! — вырвалось у неё с болью.
— Почему? — недоумённо спросил он.
— Я замужем.
— Ну и что?! — он посмотрел ей прямо в глаза.
Лена переменилась в лице.
— Ты любишь своего мужа? — спросил он внезапно охрипшим голосом.
Она опустила глаза.
— Тогда что тебя держит? — спросил он.
Она молчала. Вадим взял её за плечи и слегка встряхнул.
— Лена, очнись! Ответь мне!
— Мой муж очень хороший человек, — сказала она.
— И что? Сейчас не девятнадцатый век, чтобы жить с нелюбимым только по той причине, что он хороший.
— Почему нет? — сказала Лена. — Века меняются, но ценности остаются.
— Помню, помню, — проговорил он сердито. — «Но я другому отдана и буду век ему верна»! Глупости всё это, Лена! Женская блажь!
— Ты сам не понимаешь, что говоришь, — остановила она его. — Вадим, пожалуйста, не будем ссориться.
— Разве мы ссоримся? Я лишь пытаюсь тебя вразумить.
Лена привела свой последний аргумент:
— Вадим, я жду ребёнка! И очень хочу его родить.
Он опешил, а потом сказал:
— Рожай… Кто тебе запрещает? Я буду ему хорошим отцом.
— Я не хочу лишать моего ребёнка родного отца, а мужчину, доверившегося мне, — отцовства. Не могу его предать, — проговорила она твёрдо.
— А меня ты предала! — вырвалось у него от отчаяния.
— Прости.
— Хорошо, я ухожу. Если передумаешь, позвони, — он положил ей на колени свою визитку и ушёл без оглядки.
Дома Лена включила в ванной воду и зарыдала навзрыд. Лгать себе было бесполезно, она по-прежнему любила Вадима. Но менять что-то было уже поздно. Сама Лена была на шестом месяце беременности.
Лена рано легла в постель, но проплакала всю ночь, благо, муж был в отъезде и возвращался только вечером следующего дня. Утром она с трудом заставила себя проглотить завтрак. Потом достала из сумочки визитку Вадима, попробовала порвать её. Но у неё ничего не получилось. Тогда Лена взяла самые острые ножницы и, изрезав её на мельчайшие кусочки, спустила в унитаз. «Всё, с прошлым покончено навсегда», — решила она при этом.
Мужа Лена встретила в свободном, но очень красивом платье.
Получив от него букет, поцеловала его в губы и сказала:
— Ты самый, самый!
— Спасибо, ты тоже, — улыбнулся он ласково.
Пока Слава плескался в ванной, Лена накрыла стол. Войдя в столовую, Слава воскликнул:
— Какая роскошь! У нас сегодня праздник?
— Конечно! — весело отозвалась она. — Муж вернулся домой!
Он одарил её счастливой улыбкой, не догадываясь, сколько усилий Лена прилагала для поддержания своей видимой беззаботности.
Первым у Рощиных родился сын Никита. А ещё через четыре года Лена снова забеременела. Оба супруга хотели девочку, и судьба пошла им навстречу. По крайней мере, именно об этом сообщило УЗИ.
Но тут случилась беда; слегла Алевтина Петровна. Это было вполне ожидаемо, ведь старушке перевалило за девяносто. Но Лена была в отчаянии, она привязалась к Устюговой, как к родной бабушке.
Мать Лены приехала помогать дочери ухаживать за старушкой. Тётя Аля продержалась до появления на свет правнучки. Услышав, что родилась девочка, она попросила:
— Назовите её Анной, — закрыла глаза и уснула навсегда.
Почему тётя Аля выбрала это имя, Лена не знала, но просьбу выполнила. Хотя изначально хотела назвать дочь Алевтиной. Именно это имя они и с мужем обговаривали. Слава возражать не стал:
— Анна, так Анна. Красивое, светлое имя.
Родители уехали домой, а у Рощиных потекла размеренная семейная жизнь, если можно так назвать жизнь с двумя детьми, один из которых грудной. Как ни странно, Лену хлопоты по уходу за детьми не утомляли. Может, дело было в том, что она их очень любила, и время, проведённое вместе, казалось ей самым счастливым.
Но тут беда вновь постучалась в их дом: заболел Слава. Сначала он не обращал внимания на своё, казалось бы, лёгкое недомогание. Он ни о чём не сказал Лене, не желая волновать жену, как он сам считал, по пустякам.
А через два дня ему стало настолько плохо, что пришлось ночью вызывать скорую. Мужчину увезли в больницу. С каждым днём ему становилось хуже. За два месяца Слава буквально сгорел на глазах практически не покидавшей его Лены. С детьми сидела, срочно прилетев в Питер, Вера Максимовна. А следом за ней присоединился и Иван Петрович. Супруги Логуновы, как могли, поддерживали дочь. Но Лена, казалось, была безутешна.