Анна закусила губу перед ответом.
- Аккуратно, но не всегда,- произнесла она, поправив покрывало на теле подруги,- Я ей звонила днём и по голосу поняла, что она была на взводе, а когда Ира на нервах, то водит машину как попало. У неё уже бывали и побитый бампер, и скол на фаре, и помятое крыло, но в такие крупные аварии с увечьями она никогда не попадала.
Егор тяжело сглотнул, ощутив, как его внутренности сжала ледяная рука.
- Как рассказали ребята из скорой,- продолжила Анна,- А тем объяснили гаишники, автомобиль Ирины нёсся по главной улице, а сбоку на мигающий зелёный заворачивал минивэн. Водитель не справился с управлением, так как возле тротуара дорожное полотно было подморожено, и вылетел на перекрёсток, где в него и въехала Ирина. От столкновения её машина улетела в стену дома, а вот водитель минивэна отделался испугом, лёгким сотрясением мозга и парой закрытых переломов. Его ребята из травматологии давно подлатали и отпустили домой. Он очень переживал за Иру, сам ведь и вызвал скорую и ГИБДД, но по показаниям дорожных камер и видеорегистраторов с их машин стало очевидно, что это несчастный случай. Просто несчастный случай,- едва слышно закончила Анна, печально поглядев на подругу, обмотанную проводами.
Последние слова били в голове Егора набатом. Ему стало так неуютно вновь находиться в помещении, а может так на него влияла сама Анна, терпеливая, заботливая и спокойная. Совершенный контраст с тем, какой теперь была Ирина, и постоянное напоминание о той молоденькой девушке, брак с которой он сам же и разрушил.
Но Егор не ушёл в этот раз. Самому себе он повторил слова, сказанные в сердцах много часов назад - он больше не будет бегать. Ни за Ириной, ни от Ирины.
- Ань,- позвал он подругу, которая уже направилась к двери,- Ты знаешь, где Ирина провела прошлую ночь?
Женщина приблизилась к нему, ступая в освещённый участок палаты, и отрицательно покачала головой.
- Мы были вместе,- ответил Егор, не отрывая взгляда от Ирины,- Провели новогоднюю ночь в объятиях друг друга, правда Ира была подшофе, но очень активно ко мне лезла. Да я и сам, как она и сказала, воспользовался ситуацией. Почему бы и нет?
Брови Анны удивлённо взлетели, но она молча ждала продолжения.
- А утром,- заговорил Егор сипло,- Мы с ней опять поссорились, просто на ровном месте.
Мужчина щёлкнул пальцами, опустив руки вниз, оставив их болтаться, словно плети засохшего винограда.
- Я хотел провести этот день с ней,- произнёс мужчина,- Познакомить с Ваней. Насладиться праздничным днём с любимой женщиной, а вот она этого не захотела. Мы опять наговорили друг другу обидные вещи, вот только в этот раз последнее слово осталось за мной.
Анна коснулась плеча мужчины в подбадривающем и утешающем жесте.
- Она выскочила из моей квартиры, убегая от моих слов, поэтому была на взводе,- объяснил он,- Зачем только села за руль сама, я не понимаю.
- Это не твоя вина, Егор,- мягко произнесла Анна, сжимая пальцы на его плече.
- О нет, Ань, моя,- не согласился он.- Всё могло бы быть иначе, если бы… Всё просто могло бы быть иначе.
Анна хотела ещё что-то сказать мужчине, чтобы как-то его успокоить, но не находила нужных слов.
- Поэтому я останусь здесь,- произнёс Егор после недолгого молчания, шмыгнув носом,- А ты иди отдыхать. Для нас обоих сегодня будет долгая ночь.
Анна легонько похлопала Егора по плечу и ещё раз поглядев на безжизненно лежащую подругу, покинула палату. Егор же остался сидеть в полутьме, держа бессонный пост у постели Ирины.
Спустя пару дней, пока Ирина ещё находилась в коме, дверь в её палату тихонько приоткрылась и Егор, поглядев на женщину, лежащую без сознания, завёл в помещение мальчика шести лет. Тот шагал смело рядом с отцом, шурша надетыми на ноги бахилами.
Палата была светлой от большого окна, пускавшего в помещение короткие лучи зимнего солнца, пробивающегося сквозь снежные тучи. Свет падал на лицо Ирины, осветляя и без того бледную кожу, делая её почти светящейся.
Егор пододвинул стул к койке и уселся, усадив на колени сына. Мальчик глядел на Ирину без страха, внимательно рассматривая безжизненное лицо и руки женщины, покоившиеся на покрывале. Ребёнок словно бы уже привык к тому, как выглядят клиники, палаты пациентов, всевозможные приспособления для врачевания, и ничего его особо не удивляло. Ко всему от относился спокойно, и к иглам, вставленным в изгиб локтя женщины, и к пиликающим приборам с разноцветными цифрами, и даже к больничному запаху, который сам по себе способен устрашить любого взрослого.