Вскочив с пола, он уже направился на кухню, но на подлёте к Наталье Павловне Ивана догнало моё напоминание:
- Сначала руки помыть, потом есть…
Мальчик обернулся и кинул недовольный взгляд в сторону ванны.
- Эти правила касаются здесь всех, - спокойно произнесла я и направилась в ванную мыть руки.
За столом было тихо. И я была рада этому. Я порядком умаялась сегодня утром, ещё и Макс задерживался. Так что, когда передо мной возникла тарелка горячего ароматного супа со смешными фигурками и фрикадельками, я с самой искренней благодарностью в глазах смотрела на нашу няню. «Святой человек», - подумала я и вслух поблагодарила её. Мишка сначала по привычке ковырялся, разглядывая фигурки и выкладывая их на край тарелки. Но заметив, как мы вместе с Ваней уплетаем суп, подтянулся и стал шустрее орудовать ложкой.
На улице стоял дикий мороз, а снег к нам так и не завезли. Так что гулять мы сегодня точно не собирались, и я решила, пусть играют в гостиной. Место много, обзор хороший, мне всё видно. На работу я сегодня всё равно не попадаю. Предупредив своих и взяв часть работы у ребят, я планировала поработать дома. Ну как, поработать? Попытаться! Притащив игрушки и взяв с собой рабочий ноутбук, я приступила к работе, попутно следя за этими двоими.
Пока эти двое присматривались друг к другу в гостиной и разбирали игрушки, я решила заскочить на кухню к няне, чтобы помочь убрать со стола. Это была не её обязанность, поэтому не хотелось нагружать человека. Она нам ещё была нужна! Убрав со стола, мы с ней уже собирались покинуть кухню, как нас оглушил дикий рёв …из гостиной. Сердце забилось в недобром предчувствии.
В комнате перед нашими глазами была картина маслом. Мишка сидел и ревел во всю мощь, схватившись за глаз одной рукой, а второй прижимал Горыныча. Ваня же, отойдя на приличное расстояние от ревущего, озирался из-под насупившихся бровей то на Мишку, то на меня. Во взгляде Ивана я читала отчётливое: - «Сейчас бить будут!» Я спешно подошла к Мише и осторожно, убрав руку от глаза, посмотрела. У нас намечался красивый такой фингал. Вздохнув невесело и поцеловав раненого ребёнка в макушку, утешила:
-Ничего страшного, сейчас лёд приложим, потом мазью помажем. Всё пройдёт, друг.
Мишка, уже, видимо, отошёл от шока. Ребёнок смотрел на меня и только всхлипывал изредка. За моей спиной послышался вздох и сопение:
- Я не хотел, - произнёс Иван.
- Что не поделили? - спросила я, вставая и оглядывая двоих мальчишек.
- Он Горыныча хотел забрать, - взволнованно произнёс Мишка и прижался к моей ноге.
Ваня, смотря исподлобья, оправдывался:
- Я только посмотреть хотел, а он не давал. Я нечаянно ударил, - и кинул испуганный взгляд на меня ...и в эту минуту мне стало так жалко его, что сердце защемило. Ведь у Мишки была я, а Ванька здесь один. Во взгляде Ивана читался скрытый страх и наказание здесь только всё испортило бы. Я протянула руку и требовательно произнесла:
- «Зелёного» на базу, - Миша недоумённо посмотрел на меня, - Миша, … «зелёного» дай, если не умеете договариваться, он будет у меня, пока не научитесь общаться с друг другом,- как можно спокойнее произнесла я. Миша вздохнул и протянул мне своего друга. Я повернулась к Ване:
- А теперь каждый садится в свой угол и играет там сам, если вместе не умейте.
Наталья Павловна вздохнула за моей спиной. Мне было сложно, хотелось прижать Мишку и пожалеть, но я прекрасно понимала, сейчас не время, потом я всё ему объясню.
Ваня посмотрел на меня, потом на Мишку и молча пошёл в отведённую ему сторону, взяв с собой игрушки. Михаил растерянно посмотрел на меня, в глазах читался вопрос: - «А меня за что?»
Взяв его за руку, повела прикладывать лёд к намечающемуся синяку. Горыныча я спрятала предусмотрительно за пазуху толстовки, так что вид у меня был тот ещё. Пока я делала компресс на кухне, внимательно посмотрев на ребёнка, сказала:
- Миша, ты не обижайся на меня, пожалуйста, я знаю, что тебе обидно, пойми фингалы пройдут, но сейчас он здесь один, без мамы. Я понимаю, что ты не хотел давать ему Горыныча и имел на это право. Но ты же понимаешь, ему тоже было интересно, что за зверь у тебя такой…
Мишка, кивнул и тихо спросил:
- У него тоже мамы нет?
- Есть, но она сейчас очень далеко, - пояснила я ему.
Мальчик прижался ко мне и вздохнул:
-Если хочешь, можешь дать ему Горыныча, - шепнул он мне на ухо.
Я осторожно сглотнула, ком подбирался к горлу. «Мой ты золотой ребёнок!»- думала я. Вернувшись, мы застали «бандита» на своём месте. Он молча сидел и делал вид, что играл. Посадив Мишку в свой угол с его игрушками, я направилась к Ивану. Села на пол, скрестив ноги, достала Горыныча из-за пазухи и протянула ему со словами: