Ему было мерзко, что такие люди в принципе жили и наслаждались своей жизнью, будто не сделали ничего ужасного. Калинин даже представить себе не мог, что должно твориться в голове, чтобы просто наплевать на чьи-то мольбы и просьбы и надругаться над беззащитной девушкой.
Он почувствовал, как Мила дернулась и всхлипнула во сне. Саша мягко погладил её по голове, обнимая крепче. Дрожь через пару мгновений унялась, и она заметно расслабилась. Он прекрасно понимал, что ей снилось. Калинин до сих пор помнил, как просыпался среди ночи из-за криков сестры. Ей каждую ночь снился один и тот же кошмар, который она пережила с теми уродами.
Под звуки дождя уснул и он.
Мила проснулась поздней ночью от жары. Саша извергал свои телом огромное количество теплоты, напоминая печку.
У неё ужасно болела голова, хотелось пить, и руки слегка затекли от неудобной позы. Она представляла, какого было ему на её совсем крошечной кровати. Антипова осторожно выбралась из объятий, а парень что-то недовольно промычал во сне. Это была не первая их ночевка, но тогда у Саши, после не случившейся близости, было хотя бы удобно, потому что у него большая кровать. Но на родительскую же не пойдешь.
Она выскользнула из комнаты, проходя на кухню. Первым делом нужно решить проблему с сушняком и головной болью. Быстро найдя таблетку, Мила выдула два стакана воды и так же тихонько прошла в зал. Тут имелся диван, который можно было разложить. Не сказать, что мегаудобный, но хотя бы двуспальный.
Покидав подушки на кресло, Антипова справилась с механизмом и пошла обратно в свою комнату. Калинин спал, свесив руку и ногу с кровати. Да, размерчик и впрямь не его. Она достала из нижнего ящика комода большую простынь и махровую покрывашку. Подушки и второе одеяло она возьмет со своей.
Присев рядом с кроватью, она осторожно потрепала парня за плечо.
— Саш, — тот выдохнул и медленно открыл глаза, пытаясь понять, где он и что он, — пошли в зал. Я там диван разложила. Поудобнее будет.
Он ответил что-то невнятное и вновь закрыл глаза.
— Сашуль, — лёгкий поцелуй в щёку вроде разбудил спящего красавца. Калинин вздохнул и открыл глаза, садясь. Разговаривать он, видимо, не был намерен. — Прости, что разбудила.
Тот кивнул и встал. Мила сложила остальные пожитки и, ведя парня за собой, потому что он всё равно клевал носом, переместила их в зал. Быстро постелила, и они почти сразу же легли. Саша прижал её к своей груди, зарываясь в волосы, и опять уснул. Антипова пока не могла. Разгулялась.
Прошедший день был реально плохим. Слишком много болезненных воспоминаний всплыло. Она и представить себе не могла, что Саша первый нашел свою сестру. Ему ведь было всего двенадцать. Смерть близкого человека — всегда тяжело, а когда при таких обстоятельствах… Это оставило на нём сильный отпечаток.
Но отчасти Мила понимала Алёну. С этим непросто жить. А теперь, зная, что её насильников было трое… Она не озвучила Саше свои мысли, хотя в душе знала, будь она на месте его сестры, поступила бы так же. Да, это слабость, но пусть её попробует кто-то упрекнуть. Такое лучше никогда не чувствовать и не испытывать.
Вскоре, заблудившись в своих раздумьях, Мила всё же скользнула в сон.
Проснулась она только утром от отдаленных звуков разговоров и шорохов. Саши с ней не было. По звукам, на кухне он был не один.
Выскользнув из-под одеяла, Мила потянулась и, почувствовав ароматы кофе и выпечки, пошла на эти запахи.
Калинин сидел вместе с её родителями, что-то обсуждая и попивая кофеёк вприкуску с булочками, которые, скорее всего, привезли.
— А вот и соня проснулась, — Елизавета Владимировна улыбнулась и похлопала по стулу рядом с собой. — Ладно, додумались диван разложить, а то ходили бы и скрипели после твоей кровати.
Смущения не было, потому что все всё прекрасно знали и понимали. А то, как её родители приняли Сашу — вообще отдельная песня. Теперь он не то что желанный гость, а уже почти что зять, как Елизавета Владимировна его назвала.