Они ели карибские дары моря, японскую еду суши, мексиканские пряные яства, итальянские деликатесы. Они очень многое собирались посмотреть, много сделать, собирались по-настоящему, но все откладывали.
Раз в неделю они бродили по магазинам. Сопровождая женщину в магазине, мужчина доставляет ей удовольствие, в некоторых случаях и эротическое. Например, как будет выглядеть моя возлюбленная в этом платье? купальнике? кружевном халатике? А без него? И если деньги не проблема, то все эти фантазии можно превратить в реальность.
Иногда они бывали в магазинах порознь Портия покупала подарки, в основном наряды. Роман предпочитал безделушки, книги. Когда-то Бразилия была монархией с королем Педро Первым, а затем Вторым во главе. Рио-де-Жанейро был столицей. В часе езды от него, в Петрополисе, сохранился хрустальный дворец. Среди богатств — и золотая королевская корона, и мраморные изображения короля Педро и королевы Терезы. Это тоже входило в план осмотра достопримечательностей и тоже не было увидено.
В основном они не выходили из гостиницы. Они вместе осматривали «достопримечательности» их тел, пили любовные напитки, ели райскую пищу.
И вот наступил последний перед отъездом день.
Роман никогда не был так доволен. Он занимался своим единственным любимым делом — делал женщину счастливой. Раньше он просто работал на нее, позволив ей разбогатеть. А сейчас он доставлял ей физическую радость. Едва ли ему вспоминалась Оливия. Глаза Портии — в очках ли, без — не напоминали больше о ней. А в очках Портия ему очень нравилась. Наверное, это была одна из его причуд: иногда он хотел, чтобы она оставалась в них в самые интимные минуты. Были и другие фантазии. Портия в одних чулках, Портия в галстучке, увешанная гирляндами из бижутерии и цветов, абсолютно нагая Портия, но в атласных сапогах до середины бедра или в сетке из кожаных ремешков.
Многое повидала их спальня. Портия понимала, что многие игривые дополнения обнажают женщину сильнее самой откровенной наготы. Понимала она и порочность этого, и это тоже нравилось ей. А вот кружевные перчатки выше локтя почему-то не вдохновили Романа, пока она не сняла их. И он так и не сказал ей, в чем дело.
За исключением этого эпизода все было безукоризненно. С каждым днем Роман все больше привязывался к Портии. Ему хотелось, чтобы это никогда не кончалось. Он думал не только о страсти, о постели, но и о мягком юморе, доброте, внимательности Портии. А сознание того, что он доставляет ей радость, стало самым главным.
Роман уже делал с Портией все, что хотел, все, что мог и должен был делать с ней, кроме одного, чего он, пожалуй, желал теперь больше всего. В последний вечер перед отъездом Роман оторвался от ее тела и, зная, как сильно сейчас ее вожделение, и понимая, что это может повлиять на нее, спросил:
— Портия, ты выйдешь за меня замуж?
Портия замерла. Ее охватил восторг, но в ту же секунду она вспомнила о сложностях с законом о совместной собственности, о многомиллионных долгах Романа Оливии. Мысли ее бешено заметались в поисках решения, которое помогло бы победить алчность Оливии и позволило бы сразу воскликнуть «Да!» без всяких «но».
Первое «но» уже прозвучало. Роман, правда, предчувствовал это, заметив ее неловкую растерянность. Глупец! Он-то подумал… А ведь она все это время лишь развлекалась, изображая свои неясные чувства. Она наслаждалась сексом, но это все из-за атмосферы Рио, а не из-за него. Окажись она здесь одна, завелся бы другой счастливый любовник…
— Прости, — быстро выговорил Роман, боясь услышать какие-нибудь более горькие доказательства отказа. — Я немного увлекся. Ведь все как будто понарошку — каникулы вне времени и пространства. Ведь все не в счет? Завтра все встанет на свои места.
Портия закрыла глаза. Она считала, что Оливия окончательно вычеркнута из ее жизни, но нет — она только отдалилась. Завтра она уже будет, как всегда, рядом, и Роман опять будет у ее ног. Наверное, угрызения совести заставили его сказать такие слова.
Роман пытался собраться с мыслями и с силами. Впервые Портия не испытала оргазма с ним, а он, опытный любовник, почувствовал фальшь. Ему было досадно, стыдно, грустно.
Глава двадцать шестая
Драммондвилль. Роман еще и еще раз проверил все расчеты архитекторов и инженеров. Вроде все в порядке. Вникая в детали, он только потратил время. Похоже, здесь он не очень-то нужен, им лишь надо было его чем-то занять. Реконструкция шла прекрасно. Рестораны работали без перебоев. Доходы Портии опять пошли вверх.
Периодически Роман смотрел на телефон, невольно вспоминая номер Портии. Смотрел, но трубку не поднимал, не звонил.