***
С равнодушно спокойным выражением лица Ривай неуклонно следовал вперёд, пролетая между гигантскими стволами. Повисшее вниз головой тело молодого человека, непонимание, застывшее на его запятнанном потёками крови лице, в широко распахнутых угасших глазах, не смогли заставить измениться эти невозмутимо холодные сдержанные чувства капрала, достойно принимающего потери даже самых близких и преданных ему людей.
Внизу, покоясь на зелёном лесном покрове, мелькнули ещё два тела, пространство вокруг которых сигналило ярко-алыми красками окрашенной кровью травы. Взгляд, невинный и чистый, свободно устремлялся в небеса, нанося ещё большую рану встретившемуся с ним командиру. Встречные потоки ветра незатейливо развевали материю плаща с эмблемой на спине, изображающей символ членов разведывательного отряда – крылья свободы. Привод, издавая характерное шуршание механизмом, сделал мощный рывок, поднимая своего носителя кверху кроны дерева, под которым лежало бездыханное тело девушки.
Приняв устойчивую позицию, Ривай взглянул на Петру сверху вниз всё тем же не меняющимся спокойным взглядом. Её хрупкое тело, беспомощно сникнув на колени, было прислонено лицевой стороной к стволу, забрызганному кровью из её ран, а голова откинута назад. Лицо с алыми подтёками из носа и рта выражало полное непонимание и растерянность, а прикрытые светло-карие глаза устремлялись высоко-высоко, невольно встречаясь с привычно прищуренным взглядом капрала. Со стороны это можно было расценивать как бесчувственную жестокость, но на самом деле никто бы не смог полностью осознать, какие эмоции скрывал в своей душе капрал.
Ничего положительного из миссии не вышло. Решив, что повинен в напрасной гибели товарищей, Эрен совершает ошибку, необдуманно вступив в бой с женской особью. Он терпит поражение. Материальные и человеческие жертвы этой вылазки были неизмеримо велики, а операция считалась проваленной. Им не удалось выполнить поставленную задачу, и теперь, вновь ощутив полную беспомощность, представители отряда разведки воссоединялись, собираясь отправляться в обратный путь за стены. Поиск всех погибших занял продолжительный отрезок времени, и, к сожалению, не все тела или хотя бы их части удалось достать, чтобы передать их родным.
Весть о скором возвращении отряда мгновенно достигла стен, и свежая новость стала отличной актуальной темой для обсуждения и сплетен. Горожане беспечно переговаривались на улицах:
- Что случилось? Они уже возвращаются?
- Чтоб я знал, - спокойно отвечал собеседник. – Держу пари, опять кучу трупов с собой притащат.
- Поня-ятно, – безмятежно поддержали разговор. - Впрочем, как и всегда…
А конница с выборочно впряжёнными в повозки лошадьми с грохотом бьющих копыт и колёс мчалась по открытому пространству, возвращаясь к родным стенам богини Розы, оставляя за собой стоять плотной завесой клубы пыли.
***
С надеждой взирая через отражающее вечерний свет стекло, с нетерпением и скрытым беспокойством ожидая чьего-то прихода, около окна неподвижно стояла молодая девушка, замерев, погружаясь в раздумье. Дверь в просто и незатейливо обустроенную комнату скрипнула, и в помещение вошла пожилая женщина, держа в руках два наполненных деревянных ведра.
- Элдо возвращается, - тихо произнесла женщина в летах.
Девушка, медля буквально какое-то мгновенье, неторопливо обернулась. Её взгляд, довольно живой, был наполнен некой тоской с примесью догадки о неладном.
- Ясно, - потихоньку отвечала она, потупив глаза в брусчатый пол.
***
- Как думаешь, у Ойло найдётся время, чтобы заглянуть домой? – кучерявый добродушный мужчина, оптимистично расплываясь приятными чертами лица, болтал со своей хлопочущей на кухне жёнушкой, поддерживая сидящего на его плечах маленького мальчугана, ради которого на внешнем дворике крутилась весёлая свора ребятишек, ведя разговор, заглядывая в открытое окошко.
- Не помешало бы сделать ему ужин, - приветливо отвечала, размешивающая половником готовящуюся в кастрюле пищу, женщина, – на всякий случай.
***
Находясь в пропитанном тишиной пространстве довольно большой комнаты, пожилой человек, сидя в кресле-качалке, утомлённо прикрыл уставшие глаза.
- Гюнтер возвращается, - тихо проговорила престарелая женщина, робко подступая сзади.
- Вот как… - прозвучал слегка приторможенный ответ, наполненный утомлённым осознанием действительности.
========== Потерянное тело ==========
Грохочущая вразнобой перебирающими копытами натруженно пыхтящих лошадей конница, взбивающая позади себя бурые клубы пыли, остановилась. Оккупированное для небольшой передышки луговое пространство приняло на себя тяжкое давление безрадостной ноши. Земля, покрытая слоем сочной свежей травы, была усеяна многочисленными носилками с лежащими на них погибшими. Их тела были обёрнуты в грубую ткань, то тут, то там пропитанную кровавыми пятнами, скреплённую верёвками. Было невыносимо сложно и горько смотреть на это; даже сопровождаемый ощущением того, что такая картина мучительно разъедает тебя изнутри, буквально разрывая твоё сердце в клочья, взгляд не мог оторваться от этого пугающего зрелища. А с лошадей снимали всё новые и новые найденные трупы…
Ребята, совсем ещё молодые – от пятнадцати до двадцати-двадцати пяти - уже больше не смогут встать, пойти, заговорить; они больше уже ничего не смогут сделать вообще… В голове новобранцев, для которых эта вылазка была первая в их жизни, да и других, более опытных, крутилась лишь одна мысль: «Как умрёшь ты и как умрут твои друзья?» - это всё, о чём можно думать в то время, когда тело за телом водружаешь одно на другое, складывая в повозку. К этому никогда не привыкнуть…
Капрал с молчаливо застывшим выражением на лице, пропитанным осознанием горя, подошёл к неподвижно лежащей фигуре, раскрывая свёрнутую ткань. На не прикрытой материей руке с чуть отросшими ногтями виднелся старый след от зубов – знак доверия. Леви наклонился ближе, дотрагиваясь до смявшейся формы. Окружающая природа была слишком спокойна и безмятежна – совсем не под стать атмосфере случившегося.
- Мы почти закончили, – боец, явно переживший не одно сражение, отчитывался перед командиром. – Где-то около пятерых нам не удалось достать.
- Даже их части? – с холодной невозмутимой трезвостью произнёс Эрвин, не отводя взгляда, просматривая набросанные наскоро списки.
- Из-за гигантов мы не смогли, – пояснил солдат, неуверенно добавляя ко всему: – Думаю, для родных будет лучше, если мы оставим их здесь.
- Скажите, что пропали без вести, – расчётливо произнес ледяным голосом Смит, передавая докладывающему бойцу табличку с именами. – Мы выдвигаемся. Оповести отряды, – он развернулся, начиная отдаляться.
- Я не согласен с вами, командир Эрвин! – прозвучал на взводе истеричный крик позади уходящего командира. Командующий остановил свой шаг, оборачиваясь на зов. – Мы должны достать их! – на пределе натянутые нервы искажали голос светловолосого юноши. – Тело Ивана было прямо у нас под носом!