И в этот самый напряженный момент, когда тишина затянулась, раздался двойной, оглушительно-веселый крик:
— ГАРРИ!
Фред и Джордж Уизли, нагруженные какими-то коробками, вывалились из своего магазина чуть дальше по улице. Увидев Гарри, они бросили все и подбежали к ним.
— Черт побери, ты живой! — воскликнул Фред, хлопая его по спине.
— Мы уж думали, ты отрастил жабры и живешь в унитазе у своих магглов, — добавил Джордж. — А это кто с тобой?
Их взгляды упали на Синию. Она, ничуть не растерявшись, улыбнулась им самой озорной из своих «сандровских» улыбок.
— Сандра, — сказала она. — Спасаю вашего чемпиона от смертельной скуки.
Близнецы переглянулись. В их глазах зажегся огонек узнавания — не личности, а духа. Они почувствовали в ней родственную душу, такого же агента хаоса.
— Она нам определенно нравится, — в один голос заявили они.
— Где ты такую прятал, Гарри? — ухмыльнулся Фред.
Спасение пришло в лице двух главных шутов Хогвартса. Гермиона вздохнула. Она проиграла этот раунд. Атмосфера разрядилась, ее допрос был сорван.
— Ладно, — сказал Рон, сияя. — Раз уж все в сборе, может, пойдем в «Дырявый котел»? Умираю с голоду.
— Отличная идея! — воскликнул Джордж, подбирая свои коробки. — У нас как раз новый прототип Забастовочных Завтраков. Нужна фокус-группа!
***
Они шли по Косому Переулку к «Дырявому котлу». Фред и Джордж тараторили, рассказывая о своих изобретениях, Рон что-то увлеченно им отвечал. Гарри шел посредине, чувствуя себя странно. Он был снова с друзьями, и лед в его груди начал таять. Но рядом с ним шла Синия, и ее присутствие было постоянным, напряженным напоминанием о той бездне, которая теперь была частью его жизни.
Синия-Сандра подхватила его под руку, как будто они были старыми друзьями.
— Твои друзья… шумные, — прошептала она ему на ухо так, чтобы слышал только он. В ее голосе сквозила насмешка, но было и что-то еще. Любопытство.
— Они хорошие, — так же тихо ответил Гарри.
— «Хорошие» — скучное слово, — прошептала она в ответ. — Но эти двое… рыжие… в них есть искра. Они умеют ломать правила. Это похвально. А вот та, с книжкой… — она сделала паузу. — Она опасна. Она слишком много видит.
Гарри посмотрел вперед. Гермиона шла рядом с Роном, но не участвовала в общем разговоре. Она была погружена в свои мысли, и Гарри знал, о чем она думает. Она не поверила. Ни единому слову. Она просто отступила, чтобы перегруппироваться.
Он вошел в «Дырявый котел» в окружении самых близких ему людей. Но впервые в жизни рядом с ними он чувствовал себя шпионом во вражеском лагере. Он успешно провел своего демона в самое сердце своего мира.
Но перемирие было хрупким. А глаза инквизитора продолжали следить за ним.
«Дырявый котел» не гудел. Он шептался.
Гарри помнил это место другим — шумным, полным смеха и звона кружек. Сейчас же паб был наполовину пуст, а те немногие волшебники, что сидели за столиками, говорили вполголоса, то и дело нервно оглядываясь на дверь. Атмосфера была густой и липкой от невысказанного страха. Тот-Кого-Нельзя-Называть, может, и не вернулся на страницы «Пророка», но его тень уже легла на мир.
И в эту тихую заводь паранойи их компания ворвалась, как стая гоблинов на мотоциклах.
— Том! Старина! — проревел Фред, подталкивая щербатого бармена. — Шесть сливочных пив! И принеси тарелку своих знаменитых чипсов, пока мой брат-близнец не съел скатерть!
Они заняли большой круглый стол в самом темном углу. Фред и Джордж плюхнулись на скамью с грохотом, Рон тут же начал изучать меню, а Гермиона села так, чтобы держать в поле зрения и Гарри, и, что более важно, Сандру.
Синия-Сандра села рядом с Гарри, ее движения были плавными и расчетливыми. Она не выглядела испуганной или впечатленной. Она выглядела как зоолог, попавший в вольер с редкими, но предсказуемыми приматами. Она впитывала все: напряженные взгляды посетителей, паутину на потолке, то, как Рон пытается незаметно стащить оливку из вазочки. Она все каталогизировала.
— Мрачненько тут у вас, — прошептала она Гарри на ухо, пока близнецы спорили с Томом о качестве эля. — Похоже на приемную в одном из нижних кругов. Все ждут своей очереди на пытку, но делают вид, что просто читают прошлогодний журнал.
Гарри нервно усмехнулся. Ее способность находить точные, циничные аналогии была пугающей.
— Люди напуганы, — так же тихо ответил он.
— Страх — это скучно, — прошептала она в ответ. — Он делает всех одинаковыми. А вот паника… паника — это настоящее искусство.