— Я призываю Того, кто приходит последним. Того, кто не спешит, потому что никто от него не уйдет. АИД.
В подвале не стало светлее или темнее. В подвале стало тихо.
Звук капающей воды исчез. Скрип перьев Афины и Посейдона (которые все еще строчили свой бред в углу) оборвался. Даже гул Ареса затих.
Из угла, где тени сгустились в плотную материю, вышла Фигура.
Это не был скелет с косой. И не демон.
Это был высокий старик в плаще, который выглядел так, словно был сшит из пыли и паутины. У него не было лица — его скрывал глубокий капюшон. Но там, где должно быть лицо, чувствовался взгляд. Тяжелый. Усталый. И абсолютно равнодушный.
В руках он держал не меч и не жезл. Он держал простой, старый сельскохозяйственный инструмент. Косу. Но ее лезвие не блестело. Оно было матовым, серым, и от него исходил холод такой силы, что камень под ногами Аида покрывался инеем.
Волдеморт почувствовал, как его сердце пропустило удар. Впервые за десятки лет он ощутил настоящий, животный страх. Его инстинкты кричали: «Беги!».
Потому что это была Она. Та самая Смерть, которую он пытался обмануть.
Но гордыня пересилила.
— Ты пришел, — сказал Волдеморт. Голос его предательски дрогнул. — Владыка Подземного Мира.
Фигура молчала. Она просто стояла.
Она не кланялась. Она не угрожала. Она присутствовала. Как присутствует гравитация.
— Он не говорит, — проскрежетал Арес. Бог Войны отодвинулся от Аида. Даже Война боялась Конца. — С ним нельзя договориться. Его нельзя подкупить. Он не чувствует боли, жалости или страха.
— Мне не нужно, чтобы он говорил, — процедил Волдеморт, пытаясь вернуть контроль над ситуацией. — Мне нужно, чтобы он забирал.
Он указал на Аида палочкой.
— Ты будешь служить мне. Я — Лорд Волдеморт. Я победил смерть.
Аид медленно поднял голову. Капюшон чуть сдвинулся, но лица все равно не было видно. Только тьма.
Он сделал шаг к Волдеморту.
Темный Лорд инстинктивно отшатнулся. Нагайна зашипела и спряталась за трон.
Аид остановился. Он не напал.
Он просто посмотрел на Волдеморта. И Волдеморт услышал голос. Не в ушах, не в голове. В костях.
— ТЫ НЕ ПОБЕДИЛ МЕНЯ, ТОМ, — голос звучал как шорох земли, падающей на крышку гроба. — ТЫ ПРОСТО ВЗЯЛ В ДОЛГ. И ПРОЦЕНТЫ РАСТУТ.
— Я бессмертен! — выкрикнул Волдеморт. — У меня есть якоря!
— ЯКОРЯ РЖАВЕЮТ, — ответил Аид. — ЦЕПИ РВУТСЯ. Я ЗДЕСЬ НЕ ДЛЯ ТОГО, ЧТОБЫ СЛУЖИТЬ ТЕБЕ. Я ЗДЕСЬ, ЧТОБЫ БЫТЬ РЯДОМ, КОГДА ПОСЛЕДНЯЯ ЦЕПЬ ЛОПНЕТ. Я — ТВОЯ ТЕНЬ, ТОМ. ТЕПЕРЬ ТЫ ОТ МЕНЯ НЕ СКРОЕШЬСЯ.
Аид повернулся к выходу.
Он не спрашивал разрешения. Он просто шел.
Он шел в Хогвартс. Не потому, что Волдеморт приказал. А потому что он чувствовал, что там скоро будет много работы. Он шел косить траву, чтобы души могли пройти.
— Куда ты?! — крикнул Волдеморт. — Я не давал приказа!
Аид остановился на пороге. Он не обернулся.
— ТЫ ДУМАЕШЬ, ЧТО ВЕДЕШЬ АРМИЮ, — прошелестел он. — НО ТЫ ВЕДЕШЬ ИХ НА УБОЙ. И Я БУДУ ТАМ, ЧТОБЫ СОБРАТЬ УРОЖАЙ. И ТЕБЯ В ТОМ ЧИСЛЕ.
Фигура растворилась в тенях коридора.
Волдеморт остался стоять посреди комнаты. Его руки тряслись.
Он призвал Смерть, чтобы убивать врагов.
А Смерть пришла и сказала: «Я подожду».
И это было страшнее любой угрозы. Потому что от убийцы можно отбиться. От того, кто просто ждет твоего конца, отбиться нельзя.
Арес захохотал. Звук был похож на скрежет тормозов.
— ОН ЗАБЕРЕТ ТЕБЯ, МАГ. ОН ВСЕГДА ЗАБИРАЕТ.
— Заткнись! — рявкнул Волдеморт. — Идем. Нам нужно в Хогвартс. Если я убью Поттера… Если я убью всех… Смерти некого будет забирать, кроме меня. И тогда мы договоримся.
Это была логика безумца. Но у него не осталось другой.
Он шел на штурм не ради победы. Он шел, пытаясь убежать от того, кто теперь бесшумно шагал за его левым плечом.
***
Волдеморт стоял у окна, глядя, как Арес формирует из воздуха клинки, а Афина строчит декреты о запрете надежды.
Он был спокоен. Страх перед Аидом, который сковал его час назад, прошел, сменившись ледяной кристальной ясностью.
Он понял главное: Смерть — это не поражение. Поражение — это забвение.
Он подошел к столу, на котором была развернута карта Хогвартса.
— Нагайна, — прошипел он. Змея подняла голову. — Слушай внимательно.
Он провел бледным пальцем по карте.
— Дамблдор думает, что это шахматная партия, — тихо сказал Волдеморт. — Он думает, что если он защитит короля (Поттера) и убьет меня, то Свет победит. Старый дурак. Он играет на победу. А я играю на Необратимость.
Он повернулся к пустоте, где, как он знал, стоял незримый Аид.