«ЭТО… НЕВОЗМОЖНО», — прошелестел Голос, и теперь в нем был не холод, а растерянность. «МЫ ЕЩЕ ВСТРЕТИМСЯ, ГАРРИ ПОТТЕР. И ТОГДА ТЫ БУДЕШЬ МОЛИТЬ О СМЕРТИ».
Мир схлопнулся.
Гарри проснулся в своей кровати на Тисовой улице. Он был мокрым от пота, его нос кровоточил, а мышцы болели так, словно он пробежал марафон.
Рядом, свернувшись калачиком у его ног, лежала Синия. Она спала, но ее сон был беспокойным. Она скулила.
Гарри вытер кровь с лица. Его рука дрожала, но сердце билось ровно и тяжело, как молот.
Враг обозначил себя. И враг испугался.
Теперь начинался новый этап их пути.
***
Поезд мчался на север, разрезая пелену дождя, который, казалось, не прекращался с того самого момента, как Гарри открыл глаза после встречи с Архитектором.
В купе было тихо. Слишком тихо.
Рон и Гермиона спали, измотанные бессонной ночью сборов и тревог. Джинни читала журнал, перевернутый вверх ногами, её взгляд был расфокусирован.
Гарри сидел у окна, прижавшись лбом к холодному стеклу. Его отражение в темном окне казалось чужим. Иногда, когда поезд дергался на стыках, ему чудилось, что отражение не двигается вместе с ним. Что оно замирает на долю секунды дольше, наблюдая за ним пустыми, зеркальными глазами.
Синия сидела напротив.
Она не поддерживала иллюзию «Сандры» для друзей — они уже знали. Но для проходящих по коридору она набросила на себя легкий морок отвода глаз. Для Гарри же она выглядела так, как есть: бледная, с заострившимися чертами лица, в черной маггловской толстовке, из-под капюшона которой едва заметно выступали кончики рогов.
Она не спала. Она смотрела на Гарри. В её взгляде была смесь страха и благоговения, которую она безуспешно пыталась скрыть за привычной маской скуки.
— Ты фонишь, Поттер, — тихо сказала она, не разжимая губ. — От тебя несет статическим электричеством и… чем-то еще. Тем, что остается после удара молнии.
— Я просто устал, — соврал он.
— Не ври демону, — она подалась вперед, и её когтистая рука накрыла его колено. — То, что ты сделал там, в моем кошмаре… Ты понимаешь, что ты сделал?
— Я сказал «нет», — пожал плечами Гарри.
— Ты треснул его власть, — прошептала она, и её голос дрогнул. — Ты отказал существу, которое возомнило себя Творцом в своей собственной яме. Архитекторы не пишут законы мироздания, Гарри, хоть и хотят, чтобы мы так думали. Они лишь паразиты, играющие с чужими судьбами. Но для меня, для таких, как я… они были Абсолютом. Непреложной истиной.
Она сжала его колено сильнее, почти до боли.
— А ты посмотрел на него и увидел не божество, а просто зарвавшегося надзирателя. И когда ты это сделал… его идеальная тюрьма дала трещину. Ты показал, что над ним есть Закон, который ему неподвластен. Ты унизил его, Гарри. И теперь реальность вокруг тебя… натянута, как струна. Он попытается взять реванш.
В этот момент дверь купе с грохотом отъехала в сторону.
На пороге стоял Драко Малфой.
За ним маячили Кребб и Гойл, но они выглядели как размытые пятна. Все внимание притягивал Драко. Он изменился. Исчез лоск, исчезла надменная ухмылка. Его мантия висела на нем, как на вешалке, лицо было серым, а под глазами залегли тени, похожие на синяки.
Он выглядел не как школьный враг. Он выглядел как призрак.
Обычно в такой момент Малфой отпустил бы едкую шутку про Уизли или грязнокровок. Но он молчал. Он смотрел на Гарри, и в его взгляде была странная, голодная пустота.
— Поттер, — голос Драко был тусклым, как старая монета.
Гарри напрягся, готовый вскочить. Рон заворочался во сне.
— Чего тебе, Малфой? — спросил Гарри, но в его голосе не было привычной злости. После встречи с Архитектором школьные разборки казались возней в песочнице.
Драко перевел взгляд на Синию. Он не видел её истинного облика, но он чувствовал. Его ноздри раздулись, он словно почуял запах опасности, исходящий от неё.
— Мой отец, — сказал Драко, и его голос дрогнул, — сказал, что в Министерстве… ты был не один. Что с тобой была какая-то… сила.
Синия медленно, лениво улыбнулась. Это была улыбка акулы, плавающей вокруг тонущего.
— Твой отец много болтает для человека, сидящего в клетке, — промурлыкала она.
Драко дернулся, словно его ударили. Его рука потянулась к палочке, но движение было вялым, обреченным.
— Ты думаешь, ты победил, Поттер? — прошептал он, глядя Гарри в глаза. — Ты думаешь, что ты герой? Ты даже не представляешь, что идет. Ты не знаешь, что Темный Лорд готовит для тебя. И для… — он запнулся, глядя на Синию, — …для всех нас.