Дамблдор медленно улыбнулся.
— «Оружие Милосердия», — пробормотал он. — Убить монстра человечностью. Это… весьма поэтично. И, боюсь, это единственный способ уничтожить того, кто связал себя с Архитекторами. Ведь Архитекторы не выносят человеческих чувств.
— Но для этого, — сказала Синия, и её лицо омрачилось, — нам нужно найти все осколки. Мы должны собрать их, чтобы замкнуть цепь. Пока они разбросаны, он в безопасности.
— Мы найдем их, — сказал Гарри. — У нас есть ты. Ты слышишь их зов.
— Слышу, — согласилась она. — Они воют. Как потерянные дети в лесу. И первый из них… совсем рядом.
— Какой? — спросил Гарри, глядя в глаза Дамблдора.
— Увидим, — ответил директор. — Один крестраж я уже нашел и… обезвредил. Это было кольцо. Следующий след ведет нас к чему-то, что Том ценил больше всего. К его гордыне. К наследию Основателей.
***
Они вышли из кабинета директора в молчании. Винтовая лестница скрыла их от внимательного взгляда Фоукса.
Коридоры замка были пустынны и гулки. Патрули Ордена Сумерек стояли в тенях, как живые горгульи, провожая их взглядами.
Гарри и Синия шли к Выручай-комнате. Им нужно было обсудить услышанное без лишних ушей (даже портретных).
Проходя мимо седьмого этажа, Гарри вдруг остановился. Он смотрел на гобелен, висевший напротив гладкой стены. Варнава Вздрюченный отчаянно пытался обучить группу троллей в балетных пачках пируэтам. Тролли в ответ лупили его дубинами по голове.
— Финеас был прав, — усмехнулся Гарри, кивнув на гобелен. — Мы сейчас выглядим точно так же. Пытаемся научить тролля — Волдеморта — высокому искусству — совести. И, скорее всего, получим дубиной.
Синия подошла к гобелену. Она провела пальцем по выцветшим ниткам.
— Знаешь, в чем трагедия Варнавы? — спросила она. — Не в том, что тролли глупые. А в том, что он пытался научить их танцевать, не изменив их природу. Он хотел натянуть пачку на чудовище.
Она повернулась к Гарри.
— Мы не будем учить Волдеморта танцевать, Гарри. Мы заставим его услышать музыку. Ту самую, от которой у него лопнут перепонки.
Они вошли в Выручай-комнату. Сегодня она приняла вид уютной гостиной с камином, но на столе лежали не книги, а карты и схемы.
Синия села в кресло, подтянув колени к груди.
— Ты прав насчет души, — сказала она, возвращаясь к разговору в кабинете. — Уничтожить ее нельзя. Это константа. Но представь, что душа Волдеморта — это натянутая струна. Если мы заставим его почувствовать раскаяние… струна не исчезнет. Она лопнет.
— И ударит того, кто держит другой конец, — закончил мысль Гарри.
— Именно. Зевс. Жаба-Громовержец. Он связал себя с Волдемортом клятвой и магией. Он питается от него, использует его ресурсы. Если душа Риддла сколлапсирует, превратится в воронку чистого ужаса и боли… Зевса затянет туда.
Синия хищно улыбнулась.
— Представь: божок, который жаждет поклонения, оказывается заперт в одной клетке с обезумевшей, разорванной душой маньяка, которая вечно переживает свою вину. Это будет не смерть. Это будет персональный Ад, который они построят друг для друга.
— Значит, план остается прежним, — Гарри подошел к карте. — Мы собираем крестражи. Не ломаем их сразу. А собираем. Чтобы в нужный момент замкнуть цепь.
— Дамблдор сказал про наследие Основателей, — напомнила Синия. — Медальон Слизерина. Чаша Пуффендуй. Диадема Когтевран. И, возможно, что-то от Гриффиндора, хотя меч у нас.
— Медальон, — уверенно сказал Гарри. — Снейп упоминал, что в доме Блэков когда-то был тяжелый золотой медальон, который никто не мог открыть. Кикимер украл его, когда мы чистили дом. Если он все еще там… или если Наземникус его стащил…
— Нам нужно проверить, — кивнула Синия. — Но Дамблдор говорил о другом следе. О пещере. Он считает, что Том спрятал один из осколков там, где впервые почувствовал свою силу.
— Пещера у моря, — вспомнил Гарри рассказ из приюта.
— Вода и камень, — задумчиво произнесла Синия. — Идеальное место для некромантии. Если там есть Инферналы (мертвецы), нам понадобится Ана.
— Зачем? — удивился Гарри.
— Медуза — хтоническое существо, Гарри. Она связана с подземным миром. Мертвые ее не тронут. Они примут ее за свою королеву. Или за смерть.
В дверь Выручай-комнаты постучали. Условный стук: три быстрых, два медленных.
Вошел Невилл. Он выглядел взъерошенным, но довольным. В руках он держал горшок с каким-то пульсирующим растением.