Она подошла к скале вплотную.
— Знаешь, в чем проблема таких замков? — спросила она, обращаясь скорее к камню, чем к спутникам. — Они рассчитаны на твердые тела. На плоть, которую нужно резать. А если плоть… текучая?
Она сняла перчатку.
На глазах у изумленного Гарри и спокойного Дамблдора ее рука начала меняться. Кожа потеряла текстуру, став гладкой и зеркальной, как черная ртуть или жидкий металл. Пальцы удлинились, слились воедино, превращаясь в острое, вибрирующее лезвие.
Это выглядело жутко и завораживающе. Напоминало сцену из маггловского боевика, который Гарри видел по телевизору через окно соседей, где робот-убийца проходил сквозь решетку.
— Синия? — позвал Гарри.
— Импровизация, — бросила она через плечо. — Мне лень резаться. Я просто стану ключом.
Она с размаху вонзила свою «ртутную» руку прямо в камень.
Раздался отвратительный звук — не скрежет, а влажное хлюпанье. Камень не треснул. Рука Синии просто вошла в него, просачиваясь в микроскопические поры, заполняя собой структуру арки.
Лицо Синии исказилось. Гарри увидел, как на ее виске вздулась вена. Ей было больно. Адски больно. Камень сопротивлялся, пытаясь раздавить чужеродную субстанцию, выжечь ее магией. Но она не отдернула руку. Она продолжала вдавливать себя в скалу, глядя перед собой пустым, сосредоточенным взглядом.
— Открывайся, кусок породы, — прошипела она.
По камню побежали черные прожилки — ее сущность распространялась внутри стены, как вирус, взламывая защиту не снаружи, а изнутри. Она заменяла требование «крови» своим собственным присутствием.
Арка вспыхнула серебристым светом. Камень дрогнул и начал таять, исчезая, пропуская их внутрь.
Синия резко выдернула руку. Конечность тут же приняла нормальную форму, но дымилась, словно ее окунули в кислоту. Кожа была красной и воспаленной.
— Ты в порядке? — Ана (Медуза) шагнула к ней, готовая поддержать.
Синия тряхнула рукой, сбивая дым. На ее лице появилась та самая, фирменная кривая ухмылка — ухмылка существа, которое только что прошло сквозь стену и сделало вид, что так и было задумано.
— Щекотно, — соврала она. — Идемте. Пока эта дыра не поняла, что ее надули.
Дамблдор посмотрел на нее с нескрываемым уважением.
— Весьма… нестандартное решение, — заметил он. — Том всегда недооценивал способность материи менять форму.
— Том — идиот, — отрезала Синия, надевая перчатку, чтобы скрыть дрожь в пальцах. — Он строил тюрьму. А я умею протекать сквозь решетки.
Они шагнули в открывшийся проход. Темнота внутри пахла стоячей водой и мертвым временем. Пещера ждала.
***
Они стояли на берегу огромного подземного озера. Темнота здесь была не просто отсутствием света, она была плотной, осязаемой субстанцией. Единственным источником освещения был далекий, призрачный зеленоватый свет в центре озера.
Этот зеленый отблеск делал лица героев бледными и неживыми, словно они попали внутрь старого компьютерного монитора.
Дамблдор взмахнул палочкой, и из черной воды, не создавая ряби, вынырнула маленькая, утлая лодчонка.
— Она рассчитана на одного волшебника, — прокомментировал директор, осматривая суденышко. — Волдеморт не предполагал, что кто-то придет сюда с армией. Или с друзьями. Он всегда мыслил категориями одиночества.
— Он мыслил алгоритмами, — поправила Синия. Она подошла к воде, но не коснулась её. — Смотри, Гарри. Вся эта пещера… это программа. «Если коснешься воды — проснется страх. Если заплатишь кровью — откроется дверь». Это бинарный код. Ноль и единица.
— А ты? — спросил Гарри, глядя на её все еще покрасневшую руку. — Ты кто в этом коде?
— А я — вирус, — усмехнулась она. — Я — баг. Ошибка, которая рушит систему, потому что не вписывается в уравнение.
Они забрались в лодку. Вопреки ожиданиям (и магии Волдеморта), лодка не утонула. Она даже не просела.
Ведь с точки зрения магии Пещеры, в лодке был только один «волшебник» — Дамблдор.
Гарри был «неучтенной переменной» (несовершеннолетний).
Синия была демоном (не-магом в человеческом понимании).
Ана была проклятием (сущностью иного порядка).
Система Волдеморта просто не распознала их как угрозу. Она их пропустила, как спам-фильтр пропускает вирус в архиве с паролем.
Лодка скользнула по черной глади. Шорох воды о борта был единственным звуком в этом склепе.
— Знаешь, — тихо сказал Гарри, глядя на зеленую точку впереди. — Я раньше думал, что магия — это свод правил. Взмахни так, скажи эдак. Гермиона всегда учила меня по учебникам.
— Учебники пишут те, кто боится импровизировать, — отозвалась Синия. Она сидела на носу лодки, свесив руку, но не касаясь воды. — Те, кто меняет мир, Гарри, никогда не читают инструкций. Они пишут их заново.