— Я так рад, что ты пришел! И привел свою очаровательную… кхм… спутницу! Мисс Блейк, вы сегодня просто сияете! В буквальном смысле!
Синия растянула губы в идеальной, светской улыбке, от которой у любого инстинктивно должно было возникнуть желание проверить, на месте ли кошелек и душа.
— Профессор, — мурлыкнула она. — Вы так любезны. Ваша коллекция гостей сегодня… впечатляет.
— О да! — Слизнорт раздулся от гордости. — Я старался! У нас сегодня настоящий интернационал! Вампир Сангвини (он там, у столика с закусками, надеюсь, он не перепутает тарталетки с шеей Кормака), знаменитый писатель Элдред Уорпл… И, конечно, мои главные жемчужины!
Он понизил голос до заговорщического шепота и кивнул в сторону эркера, где было чуть темнее.
— Сестры Гергис! Удивительные создания. Молчаливые, загадочные… Говорят, они прямые потомки древнегреческих оракулов. Я битый час пытался узнать у старшей, Стефании, секрет их долголетия, но она лишь посмотрела на меня так, что у меня вино в бокале скисло! Ха-ха! Каков темперамент!
Гарри посмотрел в ту сторону.
Там, в полутени, образовав свой собственный изолированный круг, стояли они.
Стеф была в строгом черном костюме, больше похожем на мужской, и держала бокал с водой как оружие. Ева была в чем-то воздушном и серебристом, она скучающе рассматривала потолок.
Ана сидела на банкетке. На ней было платье цвета морской волны, закрывающее шею под самый подбородок. Очки она не сняла, но Гарри чувствовал, как она напряжена. Вокруг них была зона отчуждения — студенты инстинктивно обходили их стороной, чувствуя исходящую от сестер ауру древней опасности.
— Пойдем, поздороваемся, — сказал Гарри, но Слизнорт удержал его за рукав.
— Погоди, Гарри! Ты еще не видел самый… кхм… неожиданный дуэт вечера. Я, признаться, сам удивился, когда мисс Грейнджер попросила разрешения привести его.
Слизнорт указал бокалом на вход.
Двери открылись.
В зал вошла Гермиона Грейнджер. Она выглядела великолепно в платье из перванш-синего шелка, но её лицо было сосредоточенным, как перед экзаменом.
А под руку её вел Драко Малфой.
Зал затих. Звон бокалов прекратился.
Малфой был в безупречной черной мантии. Он был бледен, под глазами залегли тени, но он держал спину прямо, с той самой аристократической гордостью, которая раньше раздражала, а теперь казалась броней отчаяния.
— Невероятно, правда? — прошептал Слизнорт. — Гриффиндорская отличница и наследник Малфоев. Ромео и Джульетта наших дней! Хотя, учитывая ситуацию с Люциусом… это скорее политическое заявление.
— Это не политика, профессор, — тихо сказала Синия, глядя на Драко. — Это выживание.
Она перехватила взгляд Драко. В его серых глазах не было ни вызова, ни злобы. Там была немая просьба: «Не дайте мне упасть».
Гарри кивнул ему. Едва заметно.
Вечер перестал быть просто вечеринкой. Фигуры расставлялись на доске.
***
Гарри и Синия пробились сквозь толпу к «зоне отчуждения», где расположились сестры Гергис. Именно туда Гермиона привела Драко — подальше от любопытных ушей Слизнорта и хищного взгляда вампира Сангвини.
Здесь, в тени портьер, музыка звучала глуше.
— Ты с ума сошла, Грейнджер, — шипел Драко, пытаясь выдернуть свой локоть из хватки Гермионы. — Я не пойду к ним! Я лучше останусь в замке и позволю Филчу подвесить себя за лодыжки!
— В замке небезопасно, Драко, — жестко ответила Гермиона. — Амбридж (или то, что в ней сидит) рыскает по коридорам по ночам. Ты сам говорил, что чувствуешь, как она… оно ищет тебя. Ты — свидетель её унижения. Ты — тот, кто разбил зеркало. Если ты останешься здесь на каникулы, когда в школе почти никого не будет… ты труп.
— У меня есть поместье! — огрызнулся Малфой.
— Твое поместье сейчас — штаб-квартира Волдеморта, идиот! — вмешалась Синия. Она подошла вплотную, и Драко инстинктивно отшатнулся от жара, исходящего от неё. — Твоя мать там заложница. Если ты появишься там без выполненного задания (убийства Дамблдора), тебя скормят Нагайне на десерт.
Драко прислонился спиной к стене. Он знал, что они правы. Но признать это было выше его сил.
— И что вы предлагаете? — его голос был полон яда и отчаяния. — «Нора»? Серьезно? Вы хотите, чтобы я пришел к Уизли и попросил приюта? Артур Уизли проклянёт меня на пороге. А Рон… Рон просто рассмеется мне в лицо. Это позор.
— Это не позор, Драко, — вдруг тихо сказала Ана. Она сидела на кушетке, вертя в руках бокал с водой. — Это стратегия. Иногда, чтобы выжить, нужно спрятаться в тени врага.