— Чего пялишься, Поттер? — сказала она, плюхнувшись рядом на кровать и ткнув его когтем в бок. — Решил, что я слишком красивая для этого сарая?
Гарри покраснел, отводя взгляд, но улыбнулся.
— Просто… ты выглядишь по-другому, — сказал он тихо. — Не знаю, спокойнее, что ли.
Она фыркнула, но её хвост мягко коснулся его руки, будто соглашаясь.
— Может, ты на меня так действуешь, мелкий, — сказала она, её голос стал чуть ниже. — Раньше я бы уже подожгла что-нибудь, просто чтобы развлечься. А теперь… сижу тут, с тобой, и мне это нравится.
Он посмотрел на неё, чувствуя, как тепло её слов разливается в груди. Они молчали, но это молчание было живым, полным того, что они уже сказали друг другу под звёздами. Синия менялась — не резко, не громко, но он видел это в её глазах, в том, как она теперь смотрела на мир не только с насмешкой, но и с чем-то похожим на надежду.
***
Этот день мог бы остаться просто ещё одним тёплым воспоминанием, если бы не стук в дверь ближе к вечеру. Дядя Вернон, уже уставший от газонокосилки, открыл её с привычным ворчанием, но тут же замер, увидев на пороге Альбуса Дамблдора. Его длинная мантия серебристо-синего цвета переливалась в свете заката, борода развевалась, как облако, а глаза за полумесяцами очков смотрели с лёгкой насмешкой. За ним стоял Сириус Блэк, небрежно прислонившийся к косяку, с ухмылкой, которая обещала неприятности, и Ремус Люпин, чья потёртая мантия и усталый взгляд контрастировали с его тёплой улыбкой. Тонкс, с ярко-зелёными волосами, замыкала процессию, весело помахав Гарри, который уже выбежал в коридор.
— Какого чёрта… — начал дядя Вернон, но Дамблдор поднял руку, и его голос, мягкий, но властный, прервал тираду.
— Мистер Дурсль, я Альбус Дамблдор, директор школы, где учится ваш племянник, — сказал он. — Мы здесь по важному делу. Не могли бы вы впустить нас? Это займёт немного времени.
Дурсли остолбенели. Тётя Петуния уронила ложку, которую чистила, а Дадли, выглянув из гостиной, пробормотал: «Это что, ещё твои психи?» Гарри подавил смешок, но напряжение в воздухе было ощутимым. Синия, всё ещё в иллюзии «Сандры», вышла из каморки, её рыжие волосы слегка дымились от сдерживаемой магии.
— О, привет, старик, — сказала она Дамблдору, подмигнув. — Решили устроить вечеринку у магглов?
Дамблдор улыбнулся, его глаза сверкнули, будто он знал больше, чем говорил.
— Сандра, рад видеть тебя в добром здравии, — сказал он, и Гарри понял, что он, скорее всего, давно разгадал её секрет, но молчал. Сириус, заметив её, ухмыльнулся шире.
— Ты всё ещё таскаешься с этим сопляком? — сказал он, хлопнув Гарри по плечу. — Хороший вкус, девочка.
Тонкс хихикнула, а Люпин кашлянул, пытаясь сохранить серьёзность.
— Мы здесь не просто так, — сказал он, глядя на Гарри. — Ордену нужно обсудить кое-что, и это место… неожиданно стало безопасным.
— Безопасным? — переспросил Гарри, хмурясь. — Но почему здесь?
Дамблдор кивнул, шагнув в гостиную, где Дурсли всё ещё стояли, как статуи.
— Министерство усилило слежку за Хогвартсом и домами членов Ордена, — сказал он. — Мадам Амбридж, хотя и остаётся в Хогвартсе как верховный инквизитор, больше не преподаёт — её заменили новым учителем Защиты от Тёмных Искусств, о котором мы пока мало знаем. Но её влияние растёт, и она следит за каждым нашим шагом. А вот дом твоих родственников, Гарри, под защитой древней магии крови, остаётся вне её досягаемости. Волдеморт тоже пока избегает этого места — он знает о защите и не хочет рисковать. Мы решили, что это идеальная точка для встречи.
Дядя Вернон побагровел, но, к удивлению Гарри, промолчал, когда Сириус плюхнулся на диван и закинул ноги на журнальный столик.
— Неплохая хата, — сказал он, оглядываясь. — Чистенько, как в больнице. Вы что, живёте или притворяетесь?
Тётя Петуния поджала губы, но Синия, не теряя времени, подскочила к ней.
— О, тёть Пет, давайте я помогу с чаем! — сказала она с такой искренностью, что Петунья растерялась и кивнула. Гарри смотрел, как Синия, всё ещё в иллюзии, ловко схватила поднос и начала разливать чай, подмигивая ему через плечо.