Все подняли бокалы. Даже Драко, помедлив секунду, поднял свой кубок с водой.
В этот момент пламя в камине, до этого весело трещавшее, сменило цвет. Оно стало изумрудно-зеленым, маслянистым.
Гул разговоров мгновенно стих.
Из огня, отряхивая пепел с дорогой мантии, вышел человек. Он опирался на трость, но его движения были полны скрытой силы старого льва.
Руфус Скримджер.
За ним, спотыкаясь и роняя пергаменты, вывалился Перси Уизли.
— Мама… Папа… — пробормотал Перси, поправляя очки и не решаясь поднять глаза.
Миссис Уизли вскрикнула и выронила блюдо с соусом.
— Министр, — голос Артура Уизли стал жестким, как металл. Он встал, загораживая собой семью (и гостей). — Мы не ждали официальных визитов в Рождество.
— Я здесь не с официальным визитом, Артур, — прорычал Скримджер, оглядывая разношерстную компанию. Его желтые глаза задержались на Синии (которая оскалилась), на Драко (который вжался в стул) и, наконец, нашли Гарри. — Я здесь… по вопросу национальной безопасности. Мне нужно поговорить с Избранным.
Он шагнул вперед.
— Наедине.
Гарри медленно поднялся. Он чувствовал, как напряглась Синия рядом с ним. Он чувствовал взгляд Аны.
Это был момент истины. Система пришла, чтобы сделать ему предложение.
— Идемте в сад, министр, — сказал Гарри. — Здесь слишком много людей, которым вы можете испортить аппетит.
***
Сад «Норы» был укутан снегом, который в лунном свете казался синим. Кусты гномов походили на сугробы с ушами. Холодный ветер с полей пробирал до костей, но Гарри даже не поежился. Внутри него горел тот самый холодный огонь, которым он научился управлять благодаря Синии.
Скримджер шел рядом, тяжело опираясь на трость. Перси остался у крыльца, переминаясь с ноги на ногу и протирая запотевшие очки — жалкая фигура, разрывающаяся между долгом и семьей.
— Трудные времена, Поттер, — начал Скримджер, глядя на заснеженные холмы. — Народ напуган. Им нужен символ. Им нужно знать, что Министерство держит ситуацию под контролем.
— А вы держите? — спросил Гарри.
Скримджер поморщился.
— Мы делаем все возможное. Аресты, рейды… Но враг играет не по правилам.
— Враг никогда не играет по правилам, министр. Это только вы пытаетесь загнать войну в рамки инструкций.
Скримджер остановился и повернулся к Гарри. Его желтые глаза сверкнули.
— Послушай, парень. Я знаю, что у нас были… разногласия с моим предшественником. Фадж был идиотом, я признаю это. Но я — не он. Я всю жизнь ловил темных магов. И я предлагаю тебе не подчинение, а союз.
— Союз? — Гарри усмехнулся. — И что я должен делать в этом союзе?
— Просто быть рядом, — быстро сказал Скримджер. — Появляться в Министерстве. Жать руки. Дать пару интервью, где скажешь, что мы на верном пути. Что Избранный поддерживает власть. Это поднимет дух. Это даст людям надежду.
— Вы хотите, чтобы я стал вашим маскотом? — тихо спросил Гарри. — Плакатом на стене, который прикрывает дыру, пробитую Волдемортом?
— Я хочу, чтобы ты стал частью Системы, которая защищает этот мир! — рявкнул Скримджер, теряя терпение. — Посмотри на себя! Ты бегаешь с этой… демоницей. С этими странными девицами, от которых фонит древней магией. С сыном Пожирателя Смерти. Это опасно, Поттер. Люди начнут задавать вопросы. А если ты будешь с нами… мы закроем на это глаза. Мы дадим тебе ресурсы. Мы дадим тебе легитимность.
Гарри сделал шаг назад. Он смотрел на Министра не как на начальника, а как на больного старика, который пытается лечить гангрену пластырем.
— Мне не нужна ваша легитимность, министр, — сказал он, и его голос был твердым, как камень. — Ваша Система прогнила. Вы допустили Амбридж. Вы позволили ей пытать детей в Хогвартсе. Вы позволили ей притащить в этот мир сущность, которая теперь жрет людей в Запретном Лесу.
Скримджер вздрогнул при упоминании Амбридж.
— Это был инцидент…
— Это был закономерный итог, — перебил Гарри. — Вы хотите «приручить» меня? Вы хотите надеть на меня ошейник, чтобы я гавкал по команде? Вы не понимаете, с кем говорите.
Он вспомнил слова Синии о «неминуемой силе». Вспомнил Ану, снимающую очки. Вспомнил Драко, разбивающего зеркало.
— Я и те, кто со мной — мы не вписываемся в ваши рамки. Мы — сила, которая делает ту работу, которую вы боитесь делать. Вы хотите оседлать ракету, министр? Вы хотите привязать веревочкой ураган? Вы сгорите.
Скримджер сузил глаза. Его рука легла на палочку.
— Ты высокомерен, мальчик. Ты думаешь, что справишься один? Без Министерства ты — просто мишень.
— Я никогда не был так не одинок, как сейчас, — ответил Гарри. — И мне жаль вас, Министр. Потому что вы пришли сюда торговаться, а война уже стоит у вас за спиной.