Элли медленно вышла на поляну, опустив меч и шагая к костру; дозорный не успел вскрикнуть — меч девушки прочертил ровную дугу и вонзился в живот несчастного. Шум упавшего тела заставил стражников вскочить и обнажить сталь. Элли криво усмехнулась, театрально отсалютовав им мечом и поудобнее перехватывая рукоять. В глубине души девушка надеялась, что это придаст ей грозности, но последовавший короткий приказ «взять ее» показал, что ее не боятся.
Первый удар Элли приняла на середину клинка, пнула воина и едва успела отскочить в сторону, иначе бы двое других проткнули бы ее навылет. Девушка никогда не страдала завышенным оптимизмом и прекрасно понимала, что три часа тренировок с воображаемым противником не сделают ее прекрасным фехтовальщиком. Сейчас, как и все остальные разы, она была приманкой, отвлекающим маневром. Ей нужно продержаться несколько минут.
Когда в темном лесу, совсем-совсем рядом, раздается нестройный хор похожих на волчьи голосов — это не к добру; когда известно, что стая голодных чудовищ бродит поблизости — это к большой беде. На долю секунды все замерли. Элли, хоть и знала, что это произойдет и что за этим последует, зябко повела плечами — теперь все дело за некромантом.
Костер потух, а со всех сторон поляну окружали мерцающие алые точки глаз. Хоть Элли и знала, что это иллюзия, на несколько секунд ее охватила паника. Но когда твари хлынули на них со всех сторон, страх всецело завладел ею — звери были настоящими. Каким-то чудом Элли смогла убить одного, ранить второго, а другого так огреть рукоятью меча, что тот растянулся на земле. Стражники отбивались куда умелей, чем девушка; да и сами животные были словно не в себе: чуть вялые, сонные, как будто совсем не хотели их сожрать.
— Сражаться до последнего! — из темноты выехал всадник, закутанный в плащ и ведущий на поводу другую кобылу, через седло которой было перекинуто чье-то тело. — Я сам доставлю ее в город.
Воспользовавшись этой минутной заминкой Элли рванулась прочь в кусты и бежала не останавливаясь, пока буквально не налетела на скучающего черного коня. Месс попятился и презрительно фыркнул. Еще через пару минут к ним подъехал всадник. Человек, перекинутый через седло, ловко соскочил на землю и, смеясь, похлопал Элли по плечу.
— Все так, как мы и планировали. Он полностью в моей власти — это оказалась так просто, что мне даже стыдно.
— Эти животные… это ведь не иллюзии! — девушка торопливо забралась на спину освободившейся лошади.
— Я решил пригнать настоящую стаю. Заодно и от следов избавимся, — некромант залез на Месса, и все втроем выбрались на главный тракт.
Глава 30
Ни один смертный конь не мог угнаться за Мессом; вынужденные плестись едва ли не пешим шагом, животное и его наездник, в равной степени обладающие скверным характером, пытались хоть как-то развлечь себя: Месс то и дело задирал лошадей, а некромант, вынужденный терпеть не менее ехидный характер своего брата, либо прикладывался к фляжке, либо начинал препираться со старшим так, что у Элли краснели уши от подобных подробностей их жизни.
Душа Дерека, удерживаемая могущественной волей заклинателя в мертвом теле, некроманту не подчинялась, а потому периодически старший брат вставлял ехидные замечания или гадкие намеки, за которыми следовала долгая перепалка.
Элли было так плохо, что девушка готова была придушить одного из братьев собственноручно.
Первая совместная ночевка прошла почти хорошо: они расположились в уютном, скрытым от посторонних взглядов овраге. Корвин, потративший почти все силы на последнюю битву, провалился в сон, едва его голова коснулась мешка. Пленник притих, наблюдая, как Элли потихоньку отщипывает кусочки мякиша и прислушивается к шуму леса.
— И как тебе эта новая роль? — свистящим шепотом спросил он.
— Какая еще роль?
— Убийцы.
— Я тебя не убивала, — от такого обвинения Элли опешила. — И ты не имеешь права обвинять меня в том, что произошло! Ты меня пытал!
— А я и не про себя, — блондин покосился на спящего некроманта. — Ты выпустила его. Ты выпустила лису в курятнике. Ты ведь знала, что он не может контролировать свою ненависть.
Он говорил коротко, отрывисто. Элли поджала губы и отвернулась. Честно говоря, последние несколько дней были слишком полны событиями, чтобы рассуждать о том, что случилось в подземелье. Слова Дерека засели у нее в голове, как бы она ни старалась от них отмахнуться.
— Заслужили, — наконец, выговорила она, с силой катая хлебный шарик в пальцах.
Восковое лицо Дерека не дрогнуло.