— Ты знаешь, почему он хочет попасть в Некрополь?
Элли неопределенно пожала плечами. Она почти ничего не знала об этом городе и, если честно, ее это даже устраивало. Наверняка место было жутким и неприятным.
— Это единственное место, где можно открыть портал. А еще — хранилище древних знаний. Он вычитает в темных книгах новые способы убийств и не оставит камня на камне от этой стороны. Он уничтожит все. И ты будешь в этом виновата.
— Раз так, то охраняли бы подходы получше, — огрызнулась Элли, но его слова камнем упали ей на сердце.
Сон сморил ее ближе к рассвету. Растолкав Корвина, девушка надеялась поспать хотя бы пару часов, но тот быстро свернул их лагерь и приказал седлать лошадей.
— Если поторопимся, то успеем проскочить дорогу к вечеру, — пояснил некромант.
— Они и так знаю куда мы идем, — проворчала Элли.
Вместо Корвина ответил его брат. Тусклым безжизненным голосом он поведал, что ловить их будут на подступах к городу. Корвин заставил его забраться в седло, привязал ноги к стременам, а руки к луке седла, и напоследок наградил ощутимым ударом в живот. Ренегат даже не поморщился, пустым взглядом глядя перед собой.
К полудню Элли едва не валилась из седла. На веки словно песка насыпали, голова гудела. Она клюнула носом, тень капюшона упала на лицо и Элли перестала сопротивляться сну.
Сновидений не было. Она покачивалась в такт движениям лошади, плывя в чернильной тьме. Откуда-то издалека доносились обрывки короткого разговора Корвина и ренегата. Потом и он стих. Она снова оказалась в подземном гроте, мокрая, холодная, дрожащая от холода, с медленно ускользающей на ту сторону душой. Элли видела это со стороны: вот ее тело, вот Корвин трясет ее, но ее духу уже все равно — он устремляется куда-то вверх, к самому потолку.
— Уже грезишь о милой доме? — хрипло раздалось у нее над ухом. — Мечтаешь вернуться в свою размеренную рутину, забыть это все, как кошмарный сон? Особенно моего братца, да? Только не отрицай. Он худшее, что с тобой здесь случилось.
Элли вздрогнула, резко вскинулась и огляделась. Корвин ехал позади. Пленник же поравнялся с ней почти вплотную, его нога касалась ее лошади.
И Элли не отрицала, но с ужасающей ясностью вдруг поняла, что в какой-то момент она перестала… перестала по-настоящему скучать, и предстоящее возвращение домой было одновременно и волнительным, и жутко тоскливым.
Прожив полгода в мире, населенном колдунами, злобными духами, троллями, гномами и еще множеством других разумных существ, сейчас она почти не вспоминала о родной Варшаве. Нет, конечно, редко день проходил без того, чтобы Элли не скучала о другом, несомненно, лучшем мире, потому что этот был слишком плох; вспоминала свою маленькую уютную квартирку на третьем этаже, любимый дуб рядом со студенческим кампусом, мягкие огни ночного города, тихую музыку из проигрывателя на подоконнике.
Ей очень хотелось вернуться домой, но это стало походить на навязчивую идею. И все чаще в ее мыслях проскальзывало, что ей будет совсем немного не хватать этого странного ощущения приключения, которое насильно подарил ей этот не очень гостеприимный варварский мир. От осознания этого факта Элли почувствовала себя еще гаже.
Она не успела ему ответить: Корвин догнал их и одним движением выбил ренегата из седла. Девушка едва успела натянуть поводья, и копыта ее лошади мелькнули у самого носа блондина.
— Он мне надоел, — лишь слегка повернув голову, бросил Корвин.
— По-моему, у него нога сломана, — Элли свесилась с лошади, пытаясь рассмотреть подозрительную складку на штанине мужчины.
— Да, заметил еще вчера. Можешь не переживать — он не чувствует боли, —некромант вторил ее примеру, — конечно, пока я не прикажу ему ее почувствовать. А знаешь… нет, не знаешь. Ничего ты не знаешь.
— Куда уж мне. Он не может встать, помоги ему сесть в седло, — девушка поежилась, встретившись с пустым взглядом отступника.
— Вот еще.
— Но…
— Пойдет следом. Если боишься, что он потеряется — в сумках есть еще моток веревки.
— Корвин!
Некромант сплюнул под ноги, разразившись целой тирадой на незнакомом языке. Умом Элли могла его понять: на самом деле девушка была не прочь последовать совету некроманта и отомстить своему мучителю. Признаться, терпеть Дерека дальше у нее не было сил. Хотелось выхватить меч из ножен и… Элли с усилием потерла виски, прогоняя дурные, страшные, мысли.