— У нас есть проблемы серьезней, чем кусок хлеба, — отрезал некромант, морщась от боли. — Что ты знаешь о Договоре?
— Ничего, — Элли поджала губы и отвернулась, старательно глядя себе под ноги. — Никто не рассказывал мне про него.
— Значит, сейчас пришло это время, — Корвин словно собирался с силами, поглаживая Месса по шее. — Я начну с самого начала. Что ты знаешь о Войне?
— На ней убивают людей, — девушка пожала плечами и сорвала с куста мохнатую травинку.
— Великолепно, — прошипел мужчина, — пожалуй, я оставлю тебя в неведении и дальше.
— Я просто плохо пошутила, — тут же извинилась Элли, с опаской поглядывая на Корвина. — В нашем мире войны не так часты, и простые люди далеки от нее. Так что все, что я знаю о войне — жестокость и убийство.
— В этом наши миры похожи. Около пяти столетий назад шла Война. Ее полное название ничего тебе не даст, так что… Война между людьми и другими расами. Сколько рас ты знаешь?
— Тролли, болло, гномы, люди, кварги, — Элли принялась перечислять, загибая пальцы. — Больше я не видела.
— И вряд ли увидишь. Большую часть истребили, а те, что остались в живых, забрались в самые отдаленные уголки мира. Их было больше двадцати: огромные горные циклопы, разумные волкодлаки, спиридуши, племя вынтоасе, кэпкэуны, морои и майастры… Ты не встретишь их в наших городах и даже не услышишь их имен. Они проиграли войну и были изгнаны или уничтожены. Вместе с ними могло уйти их наследие, их знание и сила, — Корвин глубоко, горестно вздохнул. — Бесполезно ругать Войну, говорить, что у нас не было выбора. Тогда, столетия назад, это был единственный шанс спасти нас от надвигающейся смерти.
— Ты как будто жалеешь о случившемся, — осторожно сказала девушка, покусывая тонкий стебелек.
— Сейчас — да; у меня было много времени, чтобы размышлять. Не перебивай больше. Тогда все было совсем по-другому: у городов не было высоких стен — они не были нужны; не было рабов и ренегатов… Мы жили бок о бок с духами, делили одни поля и леса, смотрели на одно и то же ночное небо, и звезды освещали наш путь, который казался нам верным. Но… те, кто занимался наукой, те, кто копался в самых недрах мироздания, давно знали, что наш мир не единственный. Существует множество миров, сотни, а может быть и тысячи. Одни, наверное, похожи на наш, а другие — на твой. Четыре столетия назад группа ученых магов открыла проход в другой мир. Они сделали это из любопытства, даже не надеясь на успех, который уж точно превзошел все их ожидания. Подумай только — мы могли путешествовать, учиться и вбирать в себя все то лучшее, что существует в других мирах. Но и это была утопия. Вместе со знаниями, которые, кстати, были весьма скудны, в наш мир пришли ваши духи. Мертвые восставали из могил, злобные твари похищали детей, убаюкивая их дивным пением в полнолуние, в лесах и горах поселилось нечто, что похищало путников, оставляя после себя лишь иссушенные скальпы; на нас, одним за другим, сыпались ураганы, наводнения, засуха, мор; ткань мироздания рушилась, проход расширялся, смешивал разные миры. В довершение всему с другой стороны стали приходить люди. Некоторые были вполне мирными крестьянами, и их потомки заполонили нынешние города. Но некоторые были настроены воинственно, и нам приходилось сражаться за свои собственные земли. Апогей наступил спустя еще полвека: в первый месяц осени армия восставших мертвецов уничтожила один из городов. Погибло много мирных жителей. Ты когда-нибудь видела, как убивают мертвые?
Элли отрицательно мотнула головой. С одной стороны ей не хотелось знать такие подробности, с другой — Корвин редко бывал таким разговорчивым.
— Они рвут плоть, жуют ее и выплевывают — не могут глотать. Все вокруг усеяно кусками мяса и слизи, — мрачно проговорил мужчина. — Ими движет голод, который нельзя утолить. Они хотят сожрать саму жизнь. Их не берет сталь, только огонь.
Корвин ненадолго замолчал, погружаясь в далекие воспоминания. Спустя минуту он продолжил:
— Нам нужно было что-то делать, спасать то, что осталось от нашего старого мира. И мы приняли решение; да, возможно, оно было поспешным и чересчур жестким… К тому времени наш мир почти полностью растворился, превратился в своеобразный перекресток. Никто уже и не знал, что было его частью, что чужой. И мы были вынуждены пойти на крайние меры. Мы начали войну. Беспощадную и кровавую. Мы не хотели истреблять, мы лишь хотели выжить, сохранить себя. На нашей стороне были люди, тролли, гномы и болло. Последних мы заставили присоединиться силой. Некогда это был могущественный народ, который поклонялся драконам и обладал их свирепостью. Они были сильными воинами… Тролли, как ты уже заметила, любят хорошую драку и им, в общем-то, все равно за кого воевать, а золота у нас оказалось больше. Гномы, обеспокоенные неизвестной нечистью, которая поселилась в горах, с огромным воодушевлением поддержали нашу идею. А люди… все они устали и хотели мирной жизни. Другие расы не поддержали нас: одни стали злыми под воздействием перемен, другие же исповедовали дрянную философию, что все, что не делается — к лучшему. А мы воевали против всех, и нам было наплевать на последствия.