Элли не могла этому поверить, ведь признавая свою вину, Корвин должен был понимать, что ему уже точно никак не спастись. Но мужчина держался уверенно и спокойно, с ехидной усмешкой выслушивая новые потоки обвинений, которые разом посыпались на него от совета. Дерек же молчал и, казалось, вовсе ничего не слышал. Элли заметила, что костяшки его сжатых в кулак пальцев побелели от гнева.
А тем временем Корвин, хоть и обещал не защищаться, с невообразимой легкостью отбивал все нападки и обвинения.
Он убивал — это было на войне, а значит судить его надо по законам Договора, которые он тогда не нарушил; он предатель, но предал кучку умалишенных, которые предали его и теперь стоят перед ним; он насильник и совратитель — тут Корвин ничего не отрицал, но уверял, что недовольных не было.
Среди всего поднявшегося бедлама голос Дерека прозвучал настолько громко и властно, что тишина, наступившая после этого, оглушила девушку.
— Довольно, — Дерек вновь выступил вперед, и в его голосе звучал плохо скрываемый гнев. — Я обвиняю этого человека в убийстве… — тут он запнулся, и Корвин воспользовался этой минутной заминкой.
— Убийстве? — некромант поднялся на ноги и теперь был одного роста с обвинителем. — Я не убивал ее. Это сделали твои друзья.
— Ты был единственным человеком в доме.
— С каких пор мой дом стал неприступной крепостью? Особенно тогда, когда никто не ожидал такой подлости от этих, — Корвин презрительно кивнул на совет.
— Ты поработил ее душу, и теперь она обречена на вечные муки под гнетом твоей власти.
— Я ее спас. Не спорю — это был отчаянный шаг, но я поступил как примерный сын, — некромант растянул губы в холодной усмешке. — Ее тело погибло стараниями ренегатов, а я лишь не позволил им довершить начатое.
— Ты… — Дерек задохнулся от гнева и схватил Корвина за воротник рубашки. — Ты находишь оправдание своему поступку?
— Тебе показалось… — Корвин не успел договорить — сильный удар в челюсть сбил его с ног, и мужчина растянулся на полу.
— Этот человек — монстр. Животное, для которого нет ничего святого! — распалялся Дерек. — Еще будучи ребенком, он хладнокровно убил свою мать.
— Ты всегда был редкостным ублюдком, — сплевывая кровью на мраморные плиты пола, ответил Корвин, вновь поднимаясь на ноги. — Как думаешь, почему никто из этих напыщенных вершителей судеб сам не обвинил меня в этом? Думаешь, они забыли? Они боятся. Даже у этих отбросов остались хоть какие-то понятия о чести.
— Ты мне надоел, — скучающе бросил Дерек, потянув из ножен меч.
— А вот это уже действительно на тебя похоже, — Корвин рассмеялся, — когда аргументы заканчиваются, ты хватаешься за меч. У тебя отлично получается вести беседу — мама бы гордилась тобой.
— Прекратить! — яростно крикнул маленький старичок, занимающий центральную трибуну. Элли еще с порога догадалась, что он — глава этого совета. — Только крови нам здесь еще не хватало!
Дерек нехотя отступил назад, уничтожающе сверля взглядом некроманта, который вновь смеялся.
— Признаться, я даже рад, что твои хозяева так медлили. Мне всегда доставляет удовольствие смотреть, как цепной пес пытается удрать от своей будки.
— Замолчать! — рявкнул старик. Его лицо приобрело цвет спелого помидора, и Элли могла поклясться, что еще несколько подобных сцен — и старика хватит удар.
Советники начали переговариваться, и девушка смогла перевести дух. Втайне она бы хотела поймать взгляд Корвина, но тот отвернулся от нее, с презрительной ухмылкой оглядывая перешептывающихся членов совета.
— Корвин, сын Этара и Мари, зачем ты перешел Провал и нарушил Договор? — старик вцепился в трибуну и даже привстал с места, чтобы лучше видеть некроманта. Блик от его тяжелого золотого медальона ослепил Элли.
— Вы же допрашивали ее, и все, что она сказала — правда. Я пришел помочь ей вернуться в ее мир. Здесь она явно лишняя.
— С каких пор ты стал таким отзывчивым? — ехидно прошипел Дерек.
— Она мне понравилась.
— Это не в твоих привычках.
— О, у меня было много времени на раздумья, — холодно откликнулся Корвин. — Кое-что пришлось переоценивать после того, как ты и моя сестра решили, что самое время мне отправиться на ту сторону навечно.
— Я не был в сговоре с Эйндвинд, — мужчина покачал головой. — И ее смерть тоже на твоих руках.