— Я не собираюсь отчитываться перед девчонкой, которой даже на свете-то еще не было, когда это случилось, — сухо сказал он. — Все, что тебе нужно знать, мою мать убили; кто и как — это тебя не касается.
— Но…
— Для твоего же блага, — неожиданно выпалил некромант, пристально смотря на Элли.
Некоторое время они сидели в тишине, а затем Элли все же заговорила. Им нужно было придумать, как выбраться из города; если сделать это с позволения ренегатов не получится, нужно придумать план побега. И если и совсем не повезет — прорываться из города с боем. Никаким оружием Элли не владела, но ведь некроманта не зря считают ужасным убийцей.
— Ничего не получится, — проследив ход ее мыслей, отрезал Корвин, — благодаря особо хитрому пойлу я временно бессилен. Разве что могу мечом махать да кулаками. Против ренегатов это не поможет.
— То есть? … — Элли задохнулась от возмущения. — Все это время ты сидишь здесь как беспомощный котенок?
— А стал бы я, по-твоему, унижаться перед советом этих стариков, если бы мог от них сбежать?
— Почему ты мне об этом не сказал?! — забыв о том, что их могут услышать, воскликнула девушка, хватая некроманта за рубашку. — Почему ты молчал?
Корвин досадливо поморщился, оглядываясь на дверь.
— Тиши, тише, — неожиданно ласково проговорил он, — я все понимаю, это неожиданно.
— Неожиданно?! Да ведь теперь мы… — Элли не успела договорить — одной рукой некромант зажал ей рот, а второй выразительно провел по своему горлу.
— Перестань орать, иначе сюда ворвутся стражники.
— Просто великолепно, — прошипела Элли. Теперь, когда некромант был лишен своих сил, страх перед ним исчез. — То есть теперь вся надежда только на меня.
— То есть фактически ее нет, — начал было Корвин, но тут Элли не выдержала. Как следует размахнувшись, она влепила некроманту звонкую оплеуху; несколько секунд мужчина не шевелился, словно не мог поверить в то, что произошло, а потом медленно поднял на нее взгляд.
— Ты ведь понимаешь, что это было ошибкой? — тихо, с плохо скрываемой угрозой проговорил он.
— Раз так… — Элли замахнулась еще раз, но Корвин успел уклониться, и девушка зло фыркнула, — непривычно? Больно?
— Не сказать, что больно, а вот непривычно — это точно, — некромант, нахмурившись, смотрел на девушку. — Я не совсем понимаю, что на тебя нашло…
— Что на меня нашло? — яростно прошипела Элли, вновь занося руку для удара, и мужчина предпочел отгородиться от разъяренной девушки кроватью. — Ты вел себя как последняя свинья!
— Тебе было так дорого это покрывало? — мужчина с наигранной грустью посмотрел на грязные следы своих башмаков и попробовал стряхнуть мусор. — Не переживай — его постирают.
— Мне наплевать на это покрывало! — Элли в два прыжка перебралась через кровать и вновь замахнулась.
— Погоди-погоди, ты что серьезно думаешь, что мне что-то помешает свалить тебя ударом кулака? — сквозь смех спросил Корвин. — Эй-эй, я ведь и вправду могу это сделать…
— Так давай, — рявкнула Элли и, прежде чем некромант смог хоть что-то ответить, принялась осыпать его градом ударов.
Не то чтобы ему было больно: била Элли в запале, а потому больше сил тратила на размах, нежели на сам удар. Но это было непривычно. Где-то в глубине души Корвин понимал злость девчонки и поэтому не мог заставить себя выполнить свою угрозу; хорош же был он сам, раз в ней скопилось столько ненависти. Ему казалось, что он обращается с Элли достаточно хорошо, но, видимо, нет.
Задумавшись, Корвин пропустил еще одну оплеуху, которая оставила на его щеке короткую красную полосу.
— Надоела, — зло прошипел Корвин, ловя ее хрупкие запястья и с силой выворачивая; Элли тихонько вскрикнула, а в следующее мгновение мужчина повалил ее на кровать, крепко прижимая к пушистом покрывалу. — Не отпущу, пока ты не успокоишься, — склонившись к ее уху, прошептал он, — мы из-за тебя оба подохнем.
Элли еще несколько раз гневно промычала в покрывало, дернулась, пытаясь освободиться, и обмякла под тяжестью мужчины. Корвин не спешил расслаблять хватку, ожидая повторного приступа гнева, но Элли успокоилась.
— У тебя кровь, — единственное, что смогла сказать девушка, когда она села на кровати, понурив голову. Некромант задумчиво провел рукой по раненой щеке и некоторое время рассматривал красные капли на пальцах.
— Я не знаю, что на меня нашло… хозяин, — вместе с яростью ушел и всякий интерес, и голос Элли звучал безжизненно и блекло.
— Очень хорошо, — глубоко вздохнул некромант, — а теперь слушай внимательно: по доброй воле меня отсюда не выпустят; сам я, — Корвин запнулся; было видно, что эти слова даются ему с огромным трудом, — не выберусь. Так что перестань вести себя как послушная домашняя скотина.