— Что, Кирик, тоже зубки режутся? — засмеялся громко мужчина своим басистым голосом, и закрыв крышку зажигалки закурил. — когда у моей принцессы начали чесаться десна, мне Ника сказала, что это будет ее первый зуб. Прикинь, сразу четыре вылезло.
— У нас они лезут один за другим. Моя акула уже перекусала все, что видит на своем пути. — второй вышибала засмеялся. — кота, меня, мою Динку, а про стулья, столы и книжки я вообще молчу. Помнишь, у нас одно время жил на передержке лабрадор?
— Который твоего брата? — мужчина выдохнул в сторону дым. — у меня же сучка из его помета вроде.
— Да-да, так вот, моя акула кусает пульты, ручки дивана точно так же. Я уже смеюсь, и Динке говорю:-Давай уже побрызгаем собачий стопкусин.
— Твоя Дина скорее тебя им побрызгает. — вышибала затянулся и выдохнул полные легкие серого дыма.
— Слушай, я тут спросить хотел… — Кирилл вздохнул. — что твоя Ника думает про твою работу? Ну, она не говорила тебе; чтобы ты подыскал другую, мол из-за этой она волнуется и тд?
— Говорила, конечно, но сейчас она ждет второго ребенка, и бросать эту работу мне просто невыгодно. Я стараюсь ее успокоить, чтобы лишний раз не будить пишу ей смски, но она же у меня, сам знаешь, либо заботливая, либо слишком сильно любит меня, но до пяти утра не спит, а потом, как я возвращаюсь только ложиться.
— Динка боится, что кто-то узнает, чем я занимаюсь, и типа сынку будут этим донимать. — Кирилл облокотился спиной о холодную стену. — не знаю, что делать, но работу менять не хочу.
— А что должна сказать женушка этого кришнаита херова? — мужчина отправил окурок в урну. — возит всяких отморозков и ничего.
— Вадим что ли? — Кирилл засмеялся. — у него дочка недавно родилась вроде.
— Недавно? Года два назад. — мужчина громко засмеялся.
— Два года??? — Кирилл покачал головой. — чужие дети определенно растут быстро.
— Согласен, но его малышка Кали еще даст папке почувствовать вкус отцовства. У нее характер материнский, а это капец в будущем будет. Властная девчонка вырастит. — второй вышибала отправил мятную жвачку в рот. — она же у него поздний ребенок, а теперь сам представить, когда ей восемнадцать исполниться, то ему уже шестьдесят три будет, и неужели ты думаешь, что молодая девка будет слушать нравоучение старика отца? Хорошо если его женушка еще к молодому хахелю не сбежит.
— А ей сколько? — Кирилл покрутил в руках круглую мятную жвачку, и подбросив в воздух поймал губам. — она вроде совсем молоденькая.
— Ей двадцать три что ли, или пять. — мужчина вздохнул. — я вот точно не помню.
— Дим, а может быть, его малышка вырастит папенькиной дочкой. — Кирилл улыбнулся. — твоя малышка тоже ведь за тобой по пятам ходит. Только вот на работу не гоняет.
— Кирик, тут все и так ясно, ведь этот кришнаит проклятый выдаст замуж свою принцессу за какого-нибудь дружка, или сынка своего дружка, чтобы уберечь ее от всего того мира, который он знает сам. — Дмитрий улыбнулся. — все отцы одинаковые, и ты не исключение.
— Не знаю. Не уверен, но в любом случае, время все расставит на своим места. — Кирилл лопнул пузырь мятной жевательной резинки и улыбнулся.
Посреди зала пели две девушки, облаченные в золотые одежды. Они пели одну из старых, популярных песен «Venus». Задорно виляя своими бедрами в такт переходящей музыки, одна из них спустилась с круглой сцены к гостям, и подбежала к одинокому мужчине. Певичка запрыгнула ему на колени, и поднесла микрофон к своим губам. «Вэл айм ё винес, айм ё фая шок дизая». Гость улыбнулся, и положил свою ладонь на женскую талию. Пока ее напарница допевала куплет, длинноволосая блондинка чмокнула мужчину в щеку, оставив отпечаток своих красных губ. Музыка изящно завершилась, и откуда-то со стороны выхода забежала еще одна дерзкая блондинка в кожаной куртке на обнаженное тело (только виднелся ее бюстгальтер), и черных джинсовых шортах. На ее голой ножке надеты кеды, и как только забарабанила музыка, она пропела «Touch me». Эта блондиночка привлекла больше внимание, чем золотой дуэт. Возможно, из-за того, что девчонка выглядела задорной и эротичной, чем те девушки.