«Только моя».
Он должен был знать, что жена не примет его условий, должен был догадаться, что она станет упрямиться. Но он не думал, что она осмелится лечь в постель с другим мужчиной ради ребенка.
Фара хотела семью? Да он посадит в ее животе особняк, полный детей. Он будет брать ее до тех пор, пока она не перестанет ходить.
Он попробовал пойти честным путем. Делал все возможное, чтобы уберечь ее от опасностей и рисков своей жизни.
Довольно! Фара выиграла свою опасную игру. Она хотела любви Черного Сердца из Бен-Мора? Что ж, она у нее есть, а вместе с ней – опасность и тьма.
Глава 22
Еще долго после ухода мадам Сандрин Фара стояла на круглом помосте в гардеробной, глядя на свое отражение в высоком зеркале.
Бархатный вечер поздней весны опустился на долину в Хэмпшире, превратив изумрудные поля в черные квадраты теней. Только темно-синяя полоска света осталась на западном горизонте, и Фара оставила балконные двери открытыми, чтобы мягкий ветерок поиграл с ее волосами.
Облегающая кружевная сорочка цвета лаванды придавала ее глазам фиолетовый оттенок. Непокорные локоны плясали на ее руках, отражая свет от свечей почти люминесцентным сиянием. И как часто случается с ночными сорочками, эта была весьма вызывающей. Несмотря на высокий воротничок, прозрачная ткань льнула к каждой линии и изгибу ее фигуры, подчеркивала очертания ее сосков, отвердевших на прохладном сквознячке. Обычно Фара ложилась и вставала одна, избегая пользоваться услугами горничной, но сейчас не устояла от соблазна примерить прелестную сорочку, которую мадам Сандрин привезла с собой в Нортуок-Эбби вместе с несколькими новыми платьями. Фара только приложила их к себе, но ей понравилось чувственное прикосновение ткани сорочки к коже. То, как ее подол скользил по ее лодыжкам. Она так и представляла, как мужская рука сжимает эту ткань, обнажая плоть под ней.
Господи, что-то слишком часто в последние дни воображение рисовало ей похожие картины. Фара предположила, что, вкусив плотских утех, она уже не может без них обходиться. Она понимала, что ей будет мучительно трудно позволить кому-либо, кроме мужа, лечь с ней в постель.
Фара хотела его. Больше, чем ребенка. Больше, чем титул. Она хотела вернуть своего Дугана. Мало того, ей нужен был ловкий, хищный преступник Дориан Блэквелл. Она скучала по его холодному высокомерию, острому уму и следившему за ней взгляду.
Ей хотелось, чтобы он увидел ее в этой сорочке. Хотелось подразнить его, встав перед свечами и медленно приподнимать ее у него на глазах, гадая, когда же он потеряет самообладание и набросится на нее, как ягуар.
Фара действительно выглядела как фея в этой рубашке. Она хотела, чтобы он увидел ее и тоже понял, что она все еще может быть его Феей. Что она научит его любить, как уже научила когда-то.
Щелчок прервал ее мысли, и Фара обернулась как раз вовремя, чтобы увидеть тень, двигающуюся в темноте за ее свечой. Кто еще мог прятаться в тени ее комнат?
– Дориан? – крикнула она.
– Ты все еще не смирилась с тем, что твой незаконнорожденный муженек бросил тебя? – Голос из ее ночных кошмаров вышел из тени. – Как трогательно!
Повинуясь внезапному порыву, Фара бросилась к звонку, чтобы вызвать лакея. От очередного автоматического щелчка она похолодела.
– Еще один шаг – и твои зеркала обагрятся кровью.
– Уоррингтон, – выдохнула Фара. Она знала, что его выпустили из тюрьмы и что он исчез, но Мердок сказал, что его нашли мертвым. – Как вы сюда попали? – Она стояла лицом к двери, балкон располагался на высоте второго этажа. А на каменных стенах не было решеток, по которым можно было бы карабкаться.
Его глаза превратились в две темные ямы гнева на большой румяной физиономии.
– Я жил в этом доме дольше, чем ты существуешь на свете, испорченная сучка. – Он угрожающе шагнул вперед. – Это мой дом.
– Это дом моего отца, – не согласилась Фара.
– А мне известны все его тайны.
Взгляд Фары метнулся к кровати, она зажала грудь ладонями, пытаясь хоть как-то прикрыться. Ее конечности обмякли, шея заледенела, и она была не в силах шевельнуться, потому что ужас сковал все ее мышцы.
– Что… чего вы хотите?
– Я хочу то, что принадлежит мне! – рявкнул Уоррингтон, подступая к ней, пока дуло его пистолета не прижалось к ее ледяному виску. – Хочу то, что пообещал мне твой отец.
Он говорил о ней. Паника скрутила живот Фары, почти согнув ее пополам.
– Вам лучше уйти, пока не вернулся мой муж, – пригрозила она, надеясь, что ее навыки во вранье хоть немного улучшились. – Он – опасный человек. Но я не отправлю его за вами в погоню, если вы уйдете немедленно.