– Нет. – По крайней мере, не больше, чем необходимо, и совсем не нарочно.
– Принудил вас?
Фара сглотнула.
– Нет, – солгала она. Черт! Ей нужно было вытащить их отсюда, прежде чем закончится эта ночь, чтобы не оказаться такой же испорченной, как ее муж. – Мне очень жаль, что я отсутствовала, Карлтон. Если меня еще не уволили, то я откажусь от должности клерка в Скотленд-Ярде, заберу своего мужа и его… слугу и отведу Джемму в безопасное место.
– Черта с два вы это сделаете! – взорвался Карлтон. – Половина Скотленд-Ярда видела, как ваш муж убил двух контрабандистов. Кроме того, хирург накладывает Эдмонду Друтерзу швы и вправляет сломанную челюсть. – Он поморщился при слове «муж», как будто оно было отвратительным на вкус. – Затем следует необъяснимая и, несомненно, связанная с этим смерть Джорджа Перта, чье тело было найдено задушенным в Доке палача. Вы имеете к этому какое-то отношение?
– Вы ведь всерьез не думаете, что я могла задушить человека размером с Джорджа Перта? – спросила Фара.
Сидевшая рядом с ней Джемма заерзала, но мудро отказалась от комментариев.
– Вы знаете, кто его убил?
– Могу честно сказать, что… человек, виновный в смерти Джорджа Перта, не является моим знакомым, – уклончиво ответила Фара, пребывая в уверенности, что сама роет себе яму в аду.
Глаза Морли сузились до щелочек, сияющих чистым скептицизмом.
– Я спрашивал не об этом, – бросил он.
– Кроме того, – продолжала Фара, надеясь отвлечь своего бывшего босса более важными вещами, чем неуловимый и таинственным образом пугающий Кристофер Арджент, – если ваши люди стали свидетелями этой стычки, они могут добавить свои показания к показаниям мисс Уорлоу, мистера Мердока и моим, что мистер Блэквелл только защищался и защищал нас от нападения портовых пиратов, которые заслужили все, что получили.
Нижняя челюсть Морли выдвинулась вперед, когда он заскрежетал зубами.
– Я был слишком далеко, чтобы разглядеть детали, – пробормотал он. – Но от моего внимания не ускользнула та часть, где вы уговорили его не совершать хладнокровное убийство. – Морли бедром оттолкнулся от стола. – Вы спасли ему жизнь, потому что в тот момент, когда он перерезал бы Друтерзу горло, я бы получил шанс увидеть его повешенным.
– Я была обязана ему за то, что он спас мне жизнь, – осторожно заметила Фара. – Могу я полюбопытствовать, что вы все делали в ночной час в порту?
– Нам сообщили, что сегодня вечером к Друтерзу прибыла большая партия контрабандных товаров. Мы пришли на пристань в надежде произвести массовый арест.
– И вы это сделали. – Фара осторожно улыбнулась Морли. – Друтерз и большая группа его контрабандистов либо мертвы, либо находятся под вашей охраной. Вечер удался на славу, и, если вы не возражаете, я бы хотела собрать свою компанию и отправиться домой. – Она встала, подобрав юбки.
– Сядьте! – приказал Морли.
«Черт!» – пронеслось в голове у Фары. Она со вздохом села.
Морли долго изучающе смотрел на нее, и она решительно встретила этот взгляд. Она не сделала ничего постыдного. Только Морли, добрый и честный человек, оказался задет всем этим безумием, и только об этом Фара жалела.
– Мне очень жаль, что я исчезла, Карлтон. Я понимаю, какую тревогу и страх мое исчезновение должно было вызвать не только у вас, но и у всех присутствующих. Это несправедливо по отношению к вам, особенно после того вечера, который мы провели вместе. – Фара вспомнила его поцелуй, предложение руки и сердца. Если бы она приняла его прямо тогда, была бы она все еще жива? – Я была… точнее, я нахожусь в опасности. Что бы вы ни говорили о Дориане Блэквелле, он действительно спас мне жизнь.
Морли бросил смущенный взгляд на Джемму Уорлоу, прежде чем сказать:
– Вы могли бы обратиться ко мне.
Фара понимала, что ей следует ступать по этим водам осторожно, ради всех, кто замешан в этом деле.
– Мне не дали такой возможности. И я не уверена, что вы могли бы это сделать, учитывая обстоятельства.
– Но… Дориан Блэквелл? Теперь вы принадлежите ему? Ваш брак законен?
Фара поняла, что Морли интересуется тем, вступили ли они в супружеские отношения, поэтому, покраснев, она всего лишь кивнула, будучи не в силах произнести и слова.
– Но почему? Он же чудовище! Убийца! Я думал, вы умнее. И найдете себе кого-нибудь получше, чем он.
Как ни странно, Фаре захотелось защитить своего мужа-преступника.
– Вы не знаете его, Карлтон.
Отвращение вернулось в чистые глаза инспектора.
– Боже, Фара, только послушайте себя! Кажется, будто вы говорите дурацкими заученными фразами.