Рава Лориана
Разбор статьи Альфреда Козинга "Cталинизм"
Разбор статьи Альфреда Козинга "Сталинизм".
Альфред Козинг - заметный немецкий теоретик родом из ГДР, более подробно о нём здесь. http://www.edition-ost.de/programm-2/titel/1793-marxistisches-woerterbuch-der-philosophie.html. На русский язык статью "сталинизм" перевёл товарищ Юрий Финкель. https://yury-finkel.livejournal.com/339556.html
Данная статья интересна прежде всего тем, что концентрирует в себе некоторые стереотипы западной и позднесоветской марксистской мысли, с которыми часто сталкиваются люди, заинтересовавшиеся марксистской теорией. (Подчёркиваю, именно теорией, а не собственно историей СССР)
Итак, что же такое сталинизм в разборе Козинга. Сам автор начинает свою стать с определения и описания этого понятия, с самого начала указывая, что на эту тему существуют различные точки зрения. Слово самому Козингу:
Сталинизм - политико-идеологическое понятие, обозначающее исторический феномен, установившийся при развитии Советского Союза и вызвавший заметные деформации как в социалистическом обществе, так и в коммунистическом движении.
Понятие сталинизма имеет разные политические и теоретические источники и поэтому используется по-разному. Введённое противниками социализма как неопределённый политический ярлык, оно служило главным образом для клеветы на социализм, из-за чего марксистские теоретики и политики по большей части отвергали его. Но в Советском Союзе в 1930-е годы были также попытки ввести понятие сталинизма в положительном смысле как название достижений Сталина, как утверждалось, равных достижениям классиков марксизма; например, ведущий тогда журналист и публицист Карл Радек писал уже в 1931 году в "Правде" о дальнейшем развитии теории марксизма-ленинизма-сталинизма. С другой стороны, понятие использовалось также с марксистской точки зрения для критики теории и политики Сталина, главным образом Троцким и его сторонниками.
После XX съезда КПСС, в особенности после фактов, раскрытых Н. Хрущёвым в его "закрытом докладе", стало ясно, что вне зависимости от различия мнений внутри марксизма, фактически такое понятие оправдано, так как с деятельностью Сталина связан ряд серьёзных проблем, которые могут оправдать существование такого суммирующего названия, хотя сомнительное происхождение этого понятия делает понятным заметное сопротивление его использованию. Но проблемы и последствия, связанные с теоретической и практической деятельностью Сталина, остаются вне зависимости от приятия или неприятия этого названия и требуют глубокого исследования.
На это в ГДР обращал внимание ещё Вольфганг Харих в 1956 г. в важной статье, в которой он чётко выяснил, что речь не идёт в первую очередь о личности Сталина и о культе его личности. "Сталинизм не является в первую очередь результатом культа личности и не объясняется какими-то отрицательными чертами характера Сталина. Сталинизм, точнее - это вся система деформаций марксистской теории и практики, которая установилась в определённых общественно-исторических условиях и нашла своё идеологическое выражение, в частности, но отнюдь не только, в культе личности".
Итак, что мы видим - определение чисто описательное. И из этого описания можно сделать вывод, что сталинизм - это политика, которую вёл Сталин. Однако есть два "но". Первое, как мы увидим по дальнейшему ходу статьи, сам автор трактует сталинизм куда шире. Второе "но" - это напрашивающийся вопрос - а возможен ли сталинизм без Сталина, скажем, в какой-то другой стране, где прямого влияния СССР не было?Или сталинизм за пределами СССР - это положительная оценка Сталина и его правления, и ничего более? Можно ли назвать сталинистской ту же КНДР? А Кубу? Каковы необходимые и достаточные признаки сталинизма? Товарищ Козинг не даёт ответа на этот вопрос, потому что ему, похоже, не пришло в голову поставить вопрос в таком разрезе. Впрочем, это типичная ситуация. Сам Козинг это косвенно признаёт.
Руководство КПСС, напротив, в своих документах по этому вопросу после XX съезда говорило только о культе личности Сталина, который, согласно этим документам, во-первых, противоречил марксистским принципам, а во-вторых, привёл к серьёзным извращениям и деформациям в социалистическом обществе, но не затронул сущности этого социалистического общества.
Эту позицию некритически переняла СЕПГ в своих официальных документах и своим запретом на обсуждение ошибок ещё более усугубила её. Решение ЦК КПСС о культе личности и о преодолении его последствий с одной стороны было попыткой критически дистанцироваться от него, но с другой стороны - упрощением и приукрашиванием, умолчанием, которое не позволило вскрыть более глубокие причины этих деформаций социализма. Решающий вопрос - как такие явления в КПСС и в СССР не только могли существовать, но и десятилетиями сохраняться и вести к серьёзным последствиям - остался в этом поверхностном объяснении совершенно не рассмотренным. Из-за этого и в марксизме и внутри коммунистических партий возникла оправданная критика этого антимарксистского подхода, которая была сформулирована Гомулкой, Эллентштейном, Лукачем, Шаффом, Колаковским и в особенности Тольятти от имени Итальянской Коммунистической партии, после того как ранее, ещё при жизни Сталина, Троцкий внёс важный вклад в характеристику и критику сталинизма. Тольятти публично призвал руководство КПСС проанализировать объективные общественные условия и более глубокие причины этого отклонения, для того, чтобы их можно было полностью преодолеть, и добился этим по крайней мере начала общественного обсуждения. К сожалению, Тольятти умер в самом начале этой серьёзной дискуссии, и она не была продолжена.