Закладывается подозрение, что отсутствие такого определения при критике слева неслучайно, а закономерно. Потому что при попытке выделить признаки сталинизма, волей-неволей получается очень неприятная вещь - что "химически чистого" социализма без сталинистской примеси не удаётся найти нигде в мире, даже на Кубе. Поясню свою мысль - дело совсем не в том, что Че Гевара, будучи одним из лидеров кубинской революции, положительно относился к Сталину, и считал, что его разоблачение было неправильным. Да, это факт, но по отношению к данному вопросу факт второстепенный. Даже если бы лично Че думал и считал иначе, всё равно никуда не денешься от того обстоятельства, что само выживание кубинской революции без помощи СССР было бы крайне маловероятно, а сам СССР в свою очередь во многом оформился именно при Сталине.
Так что довольно сложно бить по сталинизму, при этом не нанося попутно ударов по реально существовавшему социализму.
Далее Альфред Козинг справедливо указывает, что коммунисты Китая хотя бы попытались связать явление сталинизма с объективными условиями(впрочем, маоистам тут трудно было быть объективными, так как Мао ещё более спорная фигура, чем Сталин), сам же Хрущёв всё упорно сводил к субъективному фактору.
Далее автор констатирует очевидную спорность этой тему для коммунистического движения, в то же время критикуя современных сталинистов:
С тех пор не утихают большие споры о всех этих вопросах с разными оценками и отчасти противоположными точками зрения, особенно после гибели Советского Союза. В то время как одни видят в сталинизме и его последствиях главную причину поражения социализма, другие объявляют такой подход ревизионизмом и видят причину развала социализма именно в отходе от сталинской политики.
В то же время в России наряду с многочисленными работами, посвящёнными анализу и критике сталинизма, появилось значительное число работ, в которых отвергается критика Сталина и оправдывается и обосновывается его политика, включая практику террора. Это касается в особенности публикаций Ричарда Косолапова, который является также одним из редакторов 14-18 томов собрания сочинений Сталина. (Официальное издание произведений Сталина закончилось на 13 томе).
Причём хрущёвскую десталинизацию автор считает явно недостаточной, а её затухание при Брежневе неправильным:
Руководство КПСС при Хрущёве во всяком случае сделало многое, чтобы ликвидировать самые отвратительные эксцессы сталинизма. Были уничтожены большие лагеря и бОльшая часть заключённых была освобождена, многие невинно осуждённые по ложным обвинениям за политические преступления были реабилитированы, но по сути речь шла о полусерьёзной "десталинизации", а в идеологическом секторе о так называемой "оттепели". Непоследовательность ясно давала понять, что среди руководства существуют самые разные мнения как по оценке сталинизма, так и по необходимым выводам. После того, как Хрущёва сменил Брежнев, дискуссия о сталинизме в КПСС полностью прекратилась и уступила место ползучей "ресталинизации".
То есть с точки зрения автора надо было сделать что-то ещё, но что именно - автор не конкретизирует, попросту соскальзывая с темы. Перестроечные фанаты разоблачения культа личности требовали фактически нахождения народа в состоянии постоянной истерики. У буржуазии тут прямой классовый интерес - людей, которым такими истериками повредило способность адекватно оценивать ситуацию, очень легко грабить, им за истерикой не до сопротивления. То есть вне зависимости от справедливости конкретных разоблачений, само по себе нагнетание истерики явно реакционно. Впрочем, Альфред Козинг сам указывает на это: