- То есть, я виновата??
- Всё! Закрыли тему! - рявкаю. - Я не наезжаю, всё, не плачь. Извини.
- Я просто хочу тебе хоть чем-нибудь помочь, Дим.
- Хорошо. Хорошо... Собери, пожалуйста, нарды. Я сам не смогу.
Выезжаю на террасу.
Зависнув, не вижу ничего.
Через несколько минут Кира подходит, кладет руки на плечи. Сжимает.
И я чувствую, как и она, нас чужими людьми, блять. А чужой женщине, мне вообще не хочется откровенничать про проблемы с потенцией.
Но она ведь действительно не виновата. Какой смысл на нее злиться.
Кладу руку, поверх ее лежащей на моем плече.
- Я не обижаюсь. Хочешь ягоды?
Отрицательно мычит.
- Мне нужен пароль от интернета. Мне нужно поработать немного.
- "Танго"... Пароль - "Танго".
Всхлипывает опять.
- Ну что такое?
- Я мечтала, что на свадьбе мы будем танцевать танго! Я учиться пошла-а-а... на "танго"!
Рыдает снова.
- Хотела сделать тебе свадебный сюрпри-и-из!
Вздыхаю.
- Кирюш, ты, ложись, поспи, ладно? Что-то мы перенервничали немного.
Расходимся.
К вечеру опять моросит дождь.
У нас тихо и напряжённо.
Отмечаю для себя, что если убрать сексуальную реальность, то женщина рядом нихуя не радует. И вообще лишний, напрягающий элемент. Особенно такая вот молодая, совсем не твоего образа жизни.
Нам вдруг оказывается и поговорить то не о чем.
Ну, может, Тати моя - исключение... С ней всегда есть о чем, она даже бездельничает увлекательно.
Обещала зайти. Темно уже. Ее нет. У меня какой-то необъяснимый зуд... Когда хочется увидеть человека хотя бы мельком. Встретиться взглядами. Я изнываю.
Ты же обещала, Тати!
У нее не горит свет.
- Камин разжечь? - предлагаю
- Мхм...
Тоскуя, кидаю кости. Раз за разом.
- Дим, перестань, пожалуйста... Голова болит.
- Прогуляюсь.
- Там дождь.
- Не сахарный.
Забираю гитару в чехле.
Накинув дутую безрукавку с капюшоном, спускаюсь в сад. По дорожкам еду к ней.
В моем саду на широких тропинках брусчатка. А у нее все поросло газонной короткой травой.
Останавливаюсь у крыльца. Мне не подняться здесь. Объезжаю дом. Замечаю огонек под навесом.
В низеньком старом мангале горит маленький костер.
Подъезжаю ближе.
Тати, сидит у стены на старом пружинном матрасе. В руках наполовину выпитая бутылка.
- Привет...
- Привет.
Широко улыбается. Болезненно.
Блики от костра пляшут по лицу.
Вытирает чуть нелепым, детским движением, запястьем щеку, и шмыгает носом. А на второй щеки блестят дорожки от слез.
Оставляю гитару.
- Оо... Тати! Это что за дела ещё, подружка? - стараюсь помягче выстебать ее.
Пьяно смеётся. Но не весело.
- Давай-ка... - забираю у нее бутылку.
Делаю глоток. Не вино...
Тяну ей руку.
- Поднимайся.
Тяну к себе на колени. И глажу, успокаивая.
- Ну что такое, родная?
Она обнимает меня за шею и греет ледяной нос у меня на виске.
- Ты чего придумала рыдать, м?
Её опухшие губы очень близко в темноте. И я чувствую, как просыпаются рефлексы.
Облизываю свои.
- Кто мне "иглы" обещал и забыл? - хриплым и неровным голосом напоминаю ей.
- Не забыла... - улыбается. - Завтра приду.
- Обещаешь?
- Зуб даю!
- Расскажешь свое горе горькое?
Отрицательно качает головой, улыбаясь.
- Петь будем?
- Ты... - выдыхает она.
Встаёт с моих коленей, вкладывает мне в руки гитару.
Очень хочется ей петь. Что-то пронзительное!
Она раздувает огонь, подкидывая дрова.
- "Я раскрашивал небо как мог!...", - хрипло пою ей. - Оно было белым, как белый день. Я лил столько краски на небеса... И не мог понять откуда там тень..."
Саунд: Ночные снайперы - “Я раскрашивал небо как мог”
Глава 10 - Экспириенсы Татико
Задумавшись, смотрю на рукоход. Мне показалось сегодня, что дело идёт чуть легче. А может, это компенсаторные мышцы таза и пресса стали лучше вывозить, кто знает!
Вздрагиваю от вопля Киры.
- Кир?!
- Боже!.. - хныкает она.
- Что случилось?
- Меня пчела ужалила! Тут жало, кажется... - прижимает руку к себе. - Ненавижу их всех... Б-р-р... Пауки, муравьи, осы...
- Иди сюда.
Выдвигаю ящик стола, достаю пинцет. Вытаскиваю жало.
Жалобно всхлипывает.
И мне кажется, что плачет она не от боли, а от этого всего вот... стресса.
Глажу по ладони.
- Скоро пройдет.
- Мне нужно какое-нибудь лекарство. Чем от пчелиных укусов лечат?
- Ничем не лечат! - за спиной.
Оборачиваемся. В дверях - Татико.
- Тук-тук...
С литровой банкой в руке. Банка закрыта марлей.