- Овчарка твоя - Зольникова?
- Эм...
Растерянно затягиваюсь дымом.
- У меня подписка... Дим, а ты вообще кто?
Откуда ему знать про Зольникову?!
- Мужчина твой, - сурово смотрит на меня.
Черт...
- Не прокатил секс по дружбе?
- Неа.
Сажусь к нему на колени, обнимаю, молчу. Веду носом по волосам, запоминая его охренительный запах.
Его обветренные губы скользят по моим плечам.
- Тати, - кладет мою ладонь на своё сердце.
Оно грохочет.
Вжимаюсь губами в ухо.
- Я бы очень хотела, Дим... Очень.
Срываюсь, и не оглядываясь сбегаю.
Потому что ещё мгновение, и я перестану понимать, как идти в руки к Эльдару... А я должна.
- Татико! - рявкает он.
- Нет... нет... нет... - бормочу сама себе, ускоряя шаг. - Не надо, Митяй. Всё. Каникулы кончились.
Литвин
Впору бежать за женщиной и вытрясти из нее всё. Но это мне недоступно. От беспомощности
я настолько впадаю в апатию после ее ухода, что даже не пытаюсь "гуглить" - что там за херня с ней случилась. Я хотел, чтобы она рассказала мне. Сама! Как кретин пялюсь в пустоту.
Ну... Нет. Нет!
Я не согласен.
Что делать будешь, Литвин?
А я не знаю.
И пока я пялюсь в пустоту, приходит тетушка.
- Димочка, что на завтрак будешь?
- Не голоден... Спасибо...
- Кира что ли приезжала?
- Нет...
- На обед что приготовить?
- Ничего не надо, спасибо.
- Что с тобой?
- Я... погуляю.
- Дождь там собирается.
- Ничего...
Мне хочется подальше от людей. И я машинально, застряв в своих уничижительных мыслях, еду в сторону леса. Оказываюсь за домом Татико, в поле. Над головой сверкает молния и раздается оглушительный треск.
Не очень классно на металлическом кресле оказаться в поле в грозу. До дома метров шестьсот.
До леса - метров пятьдесят. Там густые кроны. И я нерешительно поворачиваюсь то туда, то обратно. Ливень обрушивается непроглядной пеленой.
- Мля...
Решаюсь всё-таки под кроны. Такой обычно десять минут прольет и успокаивается.
Заехав по тропинке в гущу леса, проезжаю чуть дальше, стараясь слишком близко не вставать рядом со стволами. Нахожу относительно сухое место.
Засовываю сигарету в рот, щелкаю зажигалкой. Глубоко затягиваюсь и, поднимая взгляд, застываю.
Встряхиваю головой, пытаясь развеять глюк.
Потому что метрах в пятнадцати от меня Татико. Но не та, которая ушла от меня сегодня. А моя маленькая Татико. Такая, какой я увидел ее может быть первый раз в жизни. Совсем маленькая. Заплаканная и с ободранными коленями. В лесу. Одна. Но это безусловно она!
Всё, Литвин, пора в дурку...