Становится чуть проще и теплее.
Переживём!
С бутылкой и сигаретой, стою на коляске в дверном проёме на террасу.
Может, всё-таки Тати?
Но, неужели она бы не спросила про меня?
Не-е-ет...
Тати бы спросила! Да и по возрасту чуть-чуть не дотягивает. Тати старше.
- Эх!.. - смотрю в серое небо.
Глава 5 - Десять из десяти
Когда совсем темнеет, на пороге мой террасы снова появляется соседка.
Под старинным зонтом-тростью со сломанной спицей. И с фонарем.
У меня темно. Ни свечи, ни фонарей, ни камина.
В моей бутылке сильно поубавилось коньяка. И правда роскошный...
- Дай угадаю, что-то опять случилось?
- А вот и нет! Просто у тебя не горят даже свечи, я пришла спросить, все ли в порядке.
- Да, в порядке... Завис на дожде. Сейчас растоплю камин.
- А ещё я пришла напроситься на партию в нарды.
- О как... интересно.
- Но меня можно вежливо послать, я не обижусь.
- Посмеешь выиграть, так и сделаю.
Зловеще хихикает.
- Или начнёшь под кожу лезть с душевными разговорами.
- Я - исключительно под ногти! Ржавыми иглами.
Смеясь подкидываю дров в камин. Таня зажигает свечи.
Разжигаю дрова "долгими" спичками, бросая несколько штук в камин. Наклоняться - та ещё радость. Ремень не пускает. Отстегнуть ремень - можно вывалиться. Бесит...
Закрываю каленое стекло.
Отставив стул с одной стороны стола, подкатываюсь ближе.
- Если хочешь коньяка, возьми в буфете бокал.
- Ой, а можно?..
- Говорю ж - возьми.
- Нет! Вот их.
Оборачиваюсь.
Опираясь на костыли, со стуком ходит по комнате поджав одну ногу.
Слегка охуевше смотрю на неё.
- Всегда хотела попробовать!
- Ну и как?
- Прикольно! Но сложно...
Продолжает ковылять.
Кидаю кубик.
- Четыре.
Зависнув на костылях кидает тоже.
- Двойка. Не мой день! Твой ход.
Играем... Она так и висит на костылях, не присаживаясь.
- А ты здесь совсем одна?
- Не скажу! Вдруг ты маньяк. Пять-пять! - радостно.
Прикусив губу гордо вышагивает фишками свой дубль.
Скачет на костылях до буфета. Тянется рукой, открывает верхний шкаф.
Один костыль с грохотом падает.
- Оо... какая незадача.
Прыгая на одной ноге, эквилибрирует поднимая его.
Тихо угораю над ней.
- Ты, видать, сильно в своем плохом месте скучала.
- О, да.
- Ходи, давай.
Ковыляет ко мне.
- Да, присядь, не скачи. И так от них тошно.
Послушно садится, переставая дурачиться.
Продолжаем играть. Пьем коньяк.
- Вау! Гитара... - отвлекаясь, тянет к себе.
- Играть не буду, - категорично отмахиваюсь.
- Пф! Я сама могу.
- Да ладно?
- Да-да...
- И поешь?
- И пою!
- Спой... - откидываюсь назад, грея бокал и забывая про партию.
Саунд-трек: Моя Мишель - Дура.
Вытаскивает из чехла. Разминая пальцы перебором стучит по барабану. Начинает неплохо наигрывать перебором мелодию. Не в три аккорда, а вполне себе достойно.
- "Ты говоришь блок плох... Читай Мариенгоф... Ты пишешь как Жан-Жак, ругаешь за пожар..."
Расплываясь как пацан от пьяненькой игривой нежности.
- "Я же твоя дура... Трала ла ла лай... "
- Ахаха, - не выдерживаю я.
- "Нам вмeсте бoрoть тьму!
Конфeт, дарёных в "Му-Му"...
И на лицо схoжесть,
Влюбись, если смoжешь!"...
- Это охуенно, если честно. Это прям твоё!
- Обидеть маэстро может каждый! - обиженно прищуриваясь, стебется она.
Камин трещит, дождь льет, свечи горят. Красота! Прямо жить хочется.
Кидаю кости. Хожу.
- Эй! Мошенник! У себя было четыре, а не шесть!
- Да? Черт... Темно, не заметил.
- Рассказывай... - подозрительно.
Я проигрываю в хлам.
- Это потому что я пьяный! - оправдываюсь я. - Завтра тебя выиграю.
- Не хлюзди!
- Спой мне ещё.
Меня рубит...
- Есть у тебя колыбельные в репертуаре?
- Колыбельные? - хмурится, переставая улыбаться. - Есть...
- Можешь?
- Могу...
Саунд: Мельница - Славянская колыбельная( cover )
Слушаю ее тихий вкрадчивый поначалу голос, который набирает силу.
- "Там хитрые змеи , там вещие птицы, там люди без песен и глаз... - закрываю глаза и лечу куда-то в ассоциации. - Они под полой прячут души и лица, но чем-то похожи на нас..."
И слушая эту колыбельную, реально ощущаю себя богатырём или витязем из какой-то сказки. Что-то такое есть там... Как дежавю от наших лесных марш бросков на выживание. А ещё когда тебя забрасывают в какие-то точки с альтернативной культурой...
И словно я маленький пацан, а мне рассказывают мое будущее в этой колыбельной.
Она заканчивает, проигрывая медленнее последние аккорды.
Я открываю глаза.
- Десять из десяти... - благосклонно киваю я.