И я начала свой путь к принятию ситуации и прощению. Я простила бывшего мужа. Его молодую любовницу. И простила себя. Простила себе свои недосмотры. И встав в полный рост, начала тянуться к свету.
Через три месяца после развода, я открыла свою школу. Трудно было. Тем более, что я была одна. Дочь взяла на себя все домашние дела, хотя еще училась. И совмещать у нее получалось неплохо. Через еще три месяца я начала выходить в неплохой плюс. На руку мне играла сложность и нелогичность школьной программы по иностранным языкам, учителя, которые давно потеряли вкус к работе и своя природная упертость.
А еще через гпол года, я решила, что нужно заняться своей внешностью. Я сильно похудела, после того как с миром отпустила Вариного отца к его новой семье. Я замордовала себя всевозможными делами: йога, латина, бег, бассейн, фортепиано, вокал, китайский язык. Я столько всего в себя вкладывала, что есть мне просто было некогда. И вот, вместо 80, я вешу 60. Кожа местами некрасиво обвисла. Лицо тоже потеряло упругость. Но я же стала лицом личного бренда. А оно должно быть привлекательным.
Здесь, слава современным врачам, мне пришла на помощь косметология. И нет, я не обрезала ничего на лице. Я проходила курсы омоложения и массажа. Но одна операция мне все же понадобилась. Я уменьшила грудь. До похудения была обладательницей шикарного седьмого размера. Но и эта красота, как в анекдоте, посадила бабочку на цветочек. Подобное вмешательство опасно. Можно навредить и повредить. Но я рискнула и мне повезло. Сейчас я ношу с собой гордую троечку, что тоже достаточно прилично для моего сегодняшнего телосложения.
И даже вот такая обновленная и самодостаточная, иногда вспоминаю этот больной вопрос, разрывающий сердце: Почему он так со мной поступил?
- Так что? – вернул меня в реальность голос Тимофея.
- Испугалась, что бы он не сдох от навалившегося счастья и отпустила с миром в лучшую жизнь, - я насильно растянула губы в улыбке, потому что воспоминания снова утягивали меня в депрессию.
- Я тебе, конечно, не верю, - откинулся он на спинку стула, - Но на сегодня приму этот вариант.
- Благодарствую, - повторила его движение.
- А это там что? – обернулся Беркутов на звук.
- А это, Тимофей, - встала из-за стола и направилась к духовке, - то, ради чего ты будешь регулярно делать мне куни.
Глава 12
- Пойдем, - лениво поднимается Тимофей из-за стола.
- Куда? – замираю, не донеся вилку с кусочком брауни с вишней до рта.
- Буду делать тебе куни, - он встает напротив и протягивает руку, - Сама же сказала.
- Я не серьезно, - возвращаюсь к поглощению божественного десерта.
- Зато я серьезно, - он берет меня за локоть и настойчиво тянет вверх, - Пойдем.
Сдаюсь почти без боя. Уже не терпится устроить краш-текст его оральным навыкам.
- Ложись, - четко, как в армии, командует Беркутов.
- Есть, ложись, товарищ командир, - криво шучу, но укладываюсь на смятые простыни на спину.
Ни тени улыбки не мелькает на его лице. Даже лоб нахмурил. А потом встал на колени у кровати и подтянул меня к себе за ноги. При движении рубашка сминается под спину, оголяя мою припухшую плоть, которая тут же привлекла внимание мужчины. Он как-то странно смотрит мне туда и не торопится припадать к ней губами.
- Если будет неприятно, скажи, - говорит и наклоняется ближе, обдавая мои половые губы горячим дыханием.
- Хорошоаааа, - тяну, когда он все же находит ртом чувствительный клитор.
Он грубовато втягивает его, чередуя это движение с легкими касаниями кончика языка к нему. Но он действует только губами. Руки его лежат на внутренней поверхности моих бедер, сжимая тонкую кожу пальцами.
Меня поражает мыслью, что он делает это впервые. Поэтому был так напряжен. Поэтому так несмело приник ко мне там. Поэтому и не задействует руки. Вот это очень добрый день. Таким темпом он мне там просто мозоль натрет. А я очень дорожу чувствительностью этого места.
- Тимофей, - говорю мягко, боясь спугнуть мотивы решения мужчины на потерю оральной девственности, - Будь чуть-чуть нежнее, - приподнимаю корпус на локтях и смотрю, как он поднимает на меня слегка растерянный взгляд. Так, моя задача – не отвратить его, а замотивировать. Объяснить и направить. Учитель я, или где! – Проведи языком по половым губам, слегка раздвигая их. Попробуй углубиться между ними. Да, так. Можешь слегка пройтись по ним щетиной. О, да! Двигайся вверх. Найди кончиком языка бугорок и поиграй с ним. Да-да! – начинаю чаще дышать, потому что этот грозный и большой мужчина беспрекословно выполняет то, что я говорю, и это распаляет меня даже больше, чем то, что он делает, - Помоги себе пальцами, - развожу ноги шире, давая лучший доступ и обзор для дальнейших манипуляций, - Слегка надави фалангой на клитор и слегка помассируй круговым движением, - мне уже хочется стонать в голос, но иначе я перестану контролировать его движения, - Теперь введи палец в меня. Подуй на клитор и слегка втяни его. Ааа, - откидываю голову, потому что ощущения перебивают здравый смысл, - Добавь. Второй. Палец. И надави. На внешнюю. Стенку. Да! – дышу глотками, хапая воздух рвано, - Второй рукой. Погладь меня. Аах! – хороший ученик мне достался. Инициативный. Он протягивает руку вверх и не глядя находит мою грудь и приступает к стимуляции соска, выкручивая его, добавляя истомы моему состоянию, - А теперь, - тяжело сглатываю, - Начинай двигать пальцами, словно это член, - руки дрожат. Голос тоже. Глаза хочется закатить и начать извиваться от накатывающего наслаждения, - Чуть активнее надави на клитор, - все, сдаюсь. Падаю на спину, - Не останавливайся, - толи молю, толи кричу я, - Пожалуйстааа, - все же реакция тела берет вверх, над самоконтролем, - Да, Тимофей. Да! Ааа, - ни одной связной мысли в голове. Только затуманенное сознание.