Владыка молча смотрел на нее немигающим взглядом. А мы не понимали, почему он не может осадить нахалку, а терпит ее выкрутасы. Да и придворные поглядывали на дамочку настороженно и с долей опаски. Зато она прекрасно ощущала безнаказанность, это угадывалось по ее виду, осанке, репликам. Ее боятся даже драконы?! А из-за чего? У кого бы узнать?
Айша не выдержала, широко зевнула, продемонстрировав внушительную пасть, плавно перетекла ближе к скандалистке и вкрадчиво поинтересовалась:
– Ты дура? Нам говорили, что драконы мудры. Врали? Или в каждой семье не без урода? Ты паршивая овца в семействе?
Гардия озверела, даже посинела от натуги, собираясь разразиться мерзкими громкими воплями, но пантера пресекла ее попытки, явив свою настоящую суть и нагнав страха.
– Молчать! Я еще не закончила. Мы, конечно, можем покинуть столь негостеприимное общество, но тебе не мешало бы знать, злить гаррату – себе дороже, мы не мстим, мы сразу уничтожаем врага. И тебе теперь придется все время оглядываться. И еще. Женщины, указывающие мужчинам или ставящие им условия, быстро надоедают, таких не любят и не уважают. Я права, ваше величество? – пантера обернулась к владыке.
– Абсолютно, – подтвердил правитель и спокойно предложил скандалистке: – Леди Гардия, если вам неприятно общество наших гостей и удивительного зверя, мы ни в коем случае вас не задерживаем. Как сказала моя дочь, вы не должны страдать от собственной непримиримости. Это пагубно скажется на вашем внешнем виде. – И, не давая возможности пойти на попятный или отказаться от слов, повелел: – Покиньте обеденный зал.
В первое мгновение мадам не поверила ушам, но Диса подлила масла в огонь:
– Неужели мы впервые сможем нормально пообедать? Не будет визга, криков, претензий? Папочка, я тебя люблю. Почаще бы так. Надеюсь, леди Гардия теперь оставит тебя в покое? А то вцепилась как пиявка.
Эту даму многие терпеть не могли, о чем красноречиво свидетельствовали бросаемые на нее взгляды. Женщина попыталась сохранить остатки достоинства, но так глянула на маленькую принцессу, словно готова была наброситься на нее прямо здесь. Ясно, попытается отомстить, вон как кулаки сжала. Но она все же справилась с собой, присела в реверансе.
– Мы с вами позже об этом побеседуем, ваше величество, уверена, вы осознаете свою ошибку.
– Вы забываетесь, леди Гардия! – тон дракона был далек от дружелюбного, в глазах ярость. – Думаю, вам лучше покинуть дворец, чтобы присмотреть за дочерью, одной ей будет одиноко, а вы сможете утешить дитя. А если попытаетесь давить на кого-то из моих родных, отправитесь прямиком на эшафот. Всему приходит конец, у моего терпения тоже есть предел.
– Готовы отказаться от меня из-за обычных людишек? – выдохнула фаворитка.
Полный ненависти взгляд прошелся по каждому из нас.
– Во-первых, они не люди, во‐вторых, вы перегнули палку, выставив наш народ перед гостями в неприятном свете, и, наконец, в‐третьих, я забочусь о своих подданных и их детях. Ступайте, леди Гардия, ваша дочь наверняка вас заждалась.
Уже бывшая фаворитка смотрела на владыку с недоумением и долей страха, не в силах поверить, что он говорит всерьез. Когда же до нее дошло, что это конец, скандал она закатывать не стала, призвала всю свою выдержку и елейным голоском протянула:
– Конечно, ваше величество, вы абсолютно правы. Дети – цветы жизни, за ними глаз да глаз нужен. Я и так собиралась просить вас отпустить к моей Маре, чтобы помочь девочке устроиться на новом месте.
Не дожидаясь ответа, драконица грациозно выплыла из зала, оставив последнее слово за собой. Могла бы – восхитилась этой женщиной. Ей дали отставку, и она с достоинством ее перенесла. Вела бы так себя всегда, думаю, проблем получила бы меньше. И даже осталась бы во дворце. Но, видимо, ощутив власть, она принялась наводить свои порядки, представив себя как минимум владычицей, не уразумев, что фаворитки приходят и уходят, а правитель остается, а также его семья и друзья. В их число слишком непредсказуемая и жаждущая власти Гардия точно не попадет.
Но мне хотелось узнать, чем успели разозлить дамочку и ее дочурку именно мы. Мара явилась ко мне с определенной целью, но с какой? Зачем был тот поклеп? Думали, жалобы капризной девицы заставят драконов отказаться от своего слова? Глупо было даже надеяться, о мудрости этой расы слагают легенды. Драконы не верят словам, только действиям и поступкам. Хотя брюнет едва не купился, если бы не вмешательство Айши, неизвестно, что бы произошло.
Стоило даме величаво покинуть зал, тишина взорвалась гомоном. Я все больше понимала, как Гардия всех достала. Ни один из приглашенных не посочувствовал отставной фаворитке, все не просто радовались, а намекали на божественное возмездие, догнавшее зарвавшуюся дамочку. При чем тут божества, спрашивать я не стала, все равно не ответят, к нам все еще настороженно относились.