– То есть это ты от таблеток такой отмороженный? – протянула Лена, поглядывая на мой карман пиджака, где, как она уже знала, я всегда хранил упаковку успокоительных.
– Я не отмороженный, а сосредоточенный, – возразил я. – Хладнокровный и расчётливый. Сечешь разницу?
– Но нельзя же так сдерживать себя постоянно!
– Можно. И нужно, если это необходимо в силу разных причин.
– Например?
– Отвлекись от бесполезных попыток соблазнить меня, и…
– Бесполезных ли? – тут же вклинилась Лена.
Я страдальчески посмотрел на нее.
– Да. Абсолютно.
– Что-то не могу назвать невинными наши поцелуйчики у тебя в кабинете. Или ты забыл, как горячо отзывался на мою ласку? Кстати, напомни, кто первый потянулся за поцелуем?.. Ой, точно же – ты!
Скрипнул зубами, стараясь не смотреть на эту бесовку. Сейчас успокоительные хорошо справлялись со своей задачей, и я был спокоен и холоден, но легкий стыд все равно закрался в душу.
– Тогда я был чрезвычайно слаб и плохо понимал, что происходит. Мои действия нельзя назвать адекватными. Я поддался мужской слабости, умиротворенный женской лаской, не более. Непозволительное поведение, этого больше не повторится.
– Но…
– Сейчас все это не имеет значения, – прервал я. – Лучше помоги составить такое письмо, которое однозначно склонит Бена к сотрудничеству со мной.
– А что ты ему ранее писал? – быстро вернулась Лена к деловому тону.
Я показал ей нашу скупую переписку, объяснил, какие перед нами стоят задачи, и что решать их надо в ближайшее время, пока еще никто не занял эту нишу.
– Всё-таки ты ужасно скучный, – вздохнула Лена, просматривая папку исходящих и входящих писем. – Как можно так нудно настаивать на встрече? Смотри-ка, ты даже по пунктам расписал все плюсы сотрудничества, ну ты даешь! И не лень тебе было страдать этой ерундой?
– Какая же это ерунда? – возмутился я. – Это четкие аргументы, тщательно взвешенные, детально продуманные…
– В том и дело, – перебила Лена. – От тебя за версту веет тошнотворной бюрократией и полным отсутствием творческого подхода к делу.
– Что ты имеешь в виду?
– Что здесь надо действовать иначе.
– Хммм, например? Продемонстрируешь?
– Ты разрешаешь мне взять это дело в свои руки?
Я развел руками в неопределенном жесте, мол, попробуй удивить меня.
– В общем-то, именно для этого я и нанял тебя на работу. Вперед, действуй. Жги!
Лена расплылась в хищной улыбке, но вместо того чтобы писать что-то Бену, достала смартфон и критически посмотрела на себя в селфи-камеру. Недовольно покачала головой и убежала куда-то обратно в номер. Через несколько минут вернулась преобразившаяся: с ярко подведёнными глазами, алыми губами, пышной копной распущенных волос и в блузке, которая, кажется, была минимум на один размер меньше, потому что уж слишком плотно облегала грудь. Я аж сглотнул и отвел взгляд в сторону. Хладнокровный-то я хладнокровный, но не железный же.
– Что ты задумала?
– Увидишь.
Лена вновь достала смартфон и долго искала нужный ракурс и подходящее освещение, чтобы сделать нужный кадр. В итоге вручила смартфон мне и уверенно так сказала:
– Будешь меня снимать, селфи тут не подойдет. С твоего места свет самый лучший, ракурс возьми немножко повыше. Еще чуть выше и левее. Вот так, ага.
Лена оперлась руками на стол и немного наклонилась, с очаровательной улыбкой грешной искусительницы глядя в объектив. Сейчас она выглядела до безобразия аппетитно, меня даже в жар кинуло при одном только взгляде на нее и ее глубокое декольте. Интересно, а какова она будет под покровом ночи наедине со мной?..
Мотнул головой, прогоняя дикие мысли прочь, сделал пару кадров и вернул смартфон хозяйке. Сказал, стараясь говорить как можно более небрежно и язвительно:
– Ну и что ты будешь делать с этим фотошедевром?
– Отправлю это Бену.
– Но зачем? Чтобы он ослеп от твоих прелестей и быстренько согласился не глядя подписать с нами контракт?
– Раз ты так говоришь, значит, мои прелести даже мертвого тебя проняли, – весело подмигнула Лена. – А уж с Беном все будет намного проще и продуктивнее.
Она уткнулась в экран смартфона, и я заглянул ей через плечо, чтобы посмотреть, что именно она делает. Лена написала всего одну фразу: "Как жаль, что никак не получается с вами встретиться. Я как раз в Париже, а вы теряете намного больше, чем можете себе представить…" – и отправила короткое письмо вместе со своей фотографией и подписью "Ваша Елена".