– Да, но это ничего не меняет. Я хочу встретиться с ним в, хм, другой обстановке. Более подходящей для общения женщины с мужчиной, если ты понимаешь, о чем я говорю, – хмыкнула Лена, не отрываясь от писанины в телефоне.
– Нет, – резко ответил я.
– Что, прости?
– Нет. Никуда ты с ним не пойдешь. У нас очень много дел.
– Это каких же?
– Разных, – уклончиво ответил я. – Завтра поговорим об этом подробнее.
– Ну ночью у нас точно никаких дел не будет. А значит, завтра ночью я могу…
Вспышка гнева была такой яркой и короткой, что я не смог ей противиться. Неожиданно для самого себя вырвал из рук Лены телефон и швырнул его себе под ноги. Телефон разбился об асфальт, и я не отказал себе в удовольствии пройтись по треснувшему экрану, доламывая гаджет окончательно.
Лена опешила и встала как вкопанная.
– Ты в себе вообще?
– Не уверен, – честно ответил я.
В самом деле… Что это со мной? Короткое помутнение рассудка сменилось кристальной ясностью разума, и я похолодел, осознав собственную выходку. Кажется, дела мои совсем плохи.
А вот Лена серьезно разозлилась. Она забавно топнула ножкой и стиснула руки в кулаки.
– Я имею право общаться с кем угодно и как угодно! Мою личную жизнь ты не вправе контролировать!
– Не отдам, – тихо прорычал я.
– Кого? – не поняла Лена.
– Тебя.
– Кому?..
– Никому! – рявкнул я так жестко, что сам себя испугался.
– Отпусти меня, – шепотом попросила Лена. – Мне больно.
Я мотнул головой и осознал, что вцепился в ее руку с золотым браслетом, который сейчас казался обжигающе холодным. Медленно выпустил руку из мертвой хватки, в ужасе глядя на свои пальцы, ногти которых подозрительно удлинились. К счастью, Лена этого пока не заметила, потому что обеспокоенно смотрела мне в лицо.
– У тебя опять глаза зеленые… Скажешь, что и сейчас померещилось?..
Я не ответил, так как вдруг почувствовал себя совсем паршиво. Схватился за сердце, которое, как мне казалось, превратилось в кусок раскаленного металла и теперь больно обжигало изнутри… Обжигало холодом. Нехорошим таким, сдавливающим. Голова кружилась, перед глазами все плыло разноцветными пятнами, пульс зашкаливал. Я привалился к стене, ощущая все возрастающую лихорадку.
– Игорь? Игорь, ты в порядке?
Лена потрепала меня по щекам, встряхнула за плечи, но сделала только хуже: от ее прикосновений мне стало совсем дурно, как будто окунули разом в кипящую лаву, и я стремительно таял в ней, как кусок льда.
– Эй, ты чего? Что с тобой?
– Сердце, – успел вымолвить я за секунду до того как отключиться.
А потом мир погрузился во тьму.
Глава 18. Держаться за воздух
Возвращение в реальность было чрезвычайно мучительным. Сердце покалывало, голова гудела, руки и ноги не шевелились.
Прислушался к своим ощущениям. За руку меня кто-то держал, и от этого прикосновения по всему телу разливался странный жар, очень похожий на тот, каким обычно лечил меня доктор Шеймус. Может, и сейчас он пришел на помощь и решил меня подлатать? Было бы очень кстати.
С титаническим трудом заставил себя открыть глаза, но сфокусироваться смог не сразу. Кажется, я находился в больничной палате. Во всяком случае, помещение было очень сильно похоже на больничные покои. В палате царил полумрак. Похоже, был уже очень поздний вечер. А вот за руку меня держал далеко не Шеймус. Совсем не он.
– Лена?..
Она дернулась от неожиданности и посмотрела на меня заплаканными глазами.
– Господи, ты жив… Хвала всем богам, ты жив!..
– А что, у тебя были сомнения на этот счет? – улыбнулся с трудом.
– Сомнения? – визгливо спросила Лена и тут же истерично рассмеялась. – Сомнения! Ты был без сознания почти три дня!
– Надо же, – только и смог выдохнуть я. – Кто бы мог подумать… Что со мной произошло?
– Ты не помнишь?
– Смутно… Боль в сердце, а потом темнота.
– Так и есть, сердце, – шмыгнула носом Лена. – Ты побледнел, упал в обморок. Сердце у тебя какое-то время не билось…
Ее голос дрогнул, и она замолчала, уставившись в одну точку в пространстве. Я смотрел на нее и удивлялся тому, как сильно она переменилась. Взгляд такой потухший, казалось, даже цвет волос поблек. Вся скукожилась, съежилась под гнётом негативных эмоций. Губы сжаты в тонкую нить. Для меня оказалось открытием, что эта бесовка может так искренне переживать.
– Я чертовски перепугалась за тебя, – продолжала тем временем Лена. – Чуть с ума не сошла от беспокойства…
– Правда?
Стоило признаться, что это было очень приятно.
– Правда, – совсем тихо сказала Лена.
Потом тряхнула головой и села прямее. Впрочем, руку мою так и не отпустила.