ару раз ругнулся на коллег по движению... В общем тоже расслабился и в лимузине установилась общая атмосфера простоты и беспафосности. Обычный лимузин с обычными людьми и необычно прожитым днём. Мы остановились у супермаркета, который заботливо приютил наши вещи, Жень сходил и забрал их, после чего машина двинулась дальше. От количества эмоций я сладко задремал и уже начал хохоча бегать по розовым полям за фиолетовыми слонами, как вдруг был разбужен толчком в плечо. -Вылезай, приехали,-жёлтоватые глаза Киры сверкали в светодиодных лучах. Пытаясь проморгаться, я нехотя пополз в сторону холодного воздуха, врывающегося через открытую заднюю дверь. В салоне уже никого не было кроме нас с Кирой и через момент я тоже стоял на улице со всеми и зябко озирался. Водитель посигналил, опустив стекло и Кира подошла к нему. Они еще о чём то недолго побеседовали, после чего из лимузина приглушённо донеслось «Пока, всем удачи!» и белый премиум баркас растаял в опустившейся на город дымке. Мы немного оправили одежды и выдвинулись к дому с чердаком. -О чем беседовали?- зачем-то спросил я. -Клеился,-бросила в ответ Кира. Больше я ничего спрашивать не стал, но какая то необъяснимая ревность всё же побушевала у меня в душе. Я кое как погасил ненужное чувство и продолжил шагать вместе со всеми, стараясь больше об этом не думать. До тепла и света мы добрались быстро и в молчании, правда в ощутимо довольном молчании. Чердачная дверь еще не успела хлопнуть об косяк, как чайник уже начал запевать свою шумную песню. Вся наша братия разулась, но остальное облачение как то снимать было лень всем. Жень с Лонгом просто упали на подушки вокруг кальяна и приняли позы, подобные тем, в которых я застал их впервые. Мила, раскинув руки, шлёпнулась на свой матрас и начала вращать маленькими уставшими ступнями, а Кира, улеглась носом вниз на своём диване, притворившись мёртвой. Мне же ничего не оставалось, как составить компанию старику-столу, присев на кухонном уголке. Я стащил с головы дурацкую вязанную грелку и, подперев руками подбородок, стал бессмысленно рассматривать помещение. С моего последнего визита кое-что изменилось. Вход в это убежище музы представлял из себя короб с дверью, который выдавался на метр вглубь комнаты. Именно на этом коробе было оборудовано то самое непопулярное спальное место, от которого в своем споре пытались избавиться Кира с Лонгом. Раньше там с края свисал угол махрового пледа, на котором сейчас лежало бездыханное тело Киры. Теперь же на куске стены над коробом висела чёрная балалайка, а на постеленном под ней матрасе появилось несколько подушек с дивана. В общем, Леонид давно переехал на верхотуру и уже оформил её с учётом своих представлений о комфорте. Я посмотрел в сторону окна и заметил, что справа от него теперь стоял красивый тёмно-коричневый мольберт с натянутым на него куском ватмана. Белизну ватмана нарушало круглое темно-коричневое пятно. Забавно, мой будущий шедевр ребята не только не выкинули, но и создали максимально комфортные условия для его взращивания. Это было приятно и одновременно как-то чудаковато... Тем временем Жень вышел из анабиоза и неохотно встав подошёл к кухонному настенному шкафу. Скрипнув дверцей он что-то там поворошил здоровой рукой и достал небольшую жестяную коробочку, которая, судя по рисунку, ранее являлась саркофагом для какого-то не нашего печенья. Теперь же там точно хранилось не печенье, так как вернувшись на свою подушку, Жень открыл коробочку и извлёк оттуда баночку с тёмным содержимым, а также некую чёрную плитку и кусок фольги. Всё указывало на его намерение приготовить кальян и он действительно начал ловко притворять сие намерение в жизнь. Я с интересом следил за этим ритуалом, а тем временем чайник перестал сердиться и, щелкнув, умолк. -Чаю будешь?-Мила как всегда была бесшумна, неожиданна и я снова дёрнулся, хотя уже не так сильно. -Давай,-кивнул я в ответ. -Всем наливай!-подал голос Лонг и натужно закрыл глаза. Уже знакомые разномастные кружки появились на столе и в них по очереди потёк кипящий ручей. Брошенные в кружки чайные пакетики набухали и пытались спастись бегством, но уже через мгновение обреченно опускались на дно в окружении красновато-коричневого облака. Сейчас я имел спокойное состояние духа и поэтому все эти мелочи казались мне какими-то особенно важными и необычайно интересными. Я следил за тем, как Мила танцует вокруг стола: она покачивалась с раскалённым чайником в руках и что-то напевала себе под нос. Опасно, но ей хотелось верить. А Жень уже разогревал угли в небольшой металлической приблуде с ручкой, которая явно была создана специально для этих целей. -А давайте все вокруг кальяна сядем и там попьём?-предложила Мила, закончив сбор отварных чайных пакетиков. -Да где угодно, просто дайте мне чего -нибудь горячего,-отозвалась Кира и, оторвав покрасневший лоб от дивана, встала и побрела в центр комнаты, прихватив с собой пару своих подушек. Здесь она уселась на них, скрестив ноги и похрустела шеей, а затем костяшками пальцев. От былой леди на шпильках, грозы мужских сердец не осталось и следа, несмотря на то, что одета она была ещё в те же шмотки. Мила умудрилась в своих маленьких ручках принести к общему кругу все кружки одновременно. Все взяли по ёмкости и уставились на меня, всё еще сидевшего за столом. -Сюда иди, принц,-саркастично окликнула меня Кира и указала на свободную подушку. -А где Мила тогда сядет,-нерешительно ответил я,-подушек тогда не хватит на всех. -Мне не надо,-улыбнулась Мила и тут же вместе со стаканом плюхнулась прямо на пол между Лонгом и Женем, не уронив при этом ни капли чая. После проделанного трюка я твёрдо для себя решил: еще один фокус от этой девушки и я запишу её в ведьмы- по другому такие таланты мой разум объяснять отказывался. А претендентка на нечистую силу тем временем сделала большущий глоток горячего напитка и довольно зачавкала. Я приблизился к кругу и аккуратно уместил зад на податливой подушке, которая просела почти до самого пола, выдохнув из себя небольшое пылевое облако. Захотелось чихнуть, но я, поморщившись, передумал. А Жень уже вовсю наполнял воздух сладковатыми продуктами горения и довольно улыбался. Сделав несколько затяжек он передал мундштук Лонгу, который забулькал кальянной колбой не прерывая разглядывания темноты под веками. -Ну что, понравилась тебе наша вылазка?-обратился ко мне Жень, поставив кружку с чаем себе на пузо. -Опасно всё это, но да, мне понравилось,-ответил я усмехнувшись,-Сами то как оцениваете? -Лично я считаю, что цель достигнута! Кира, а ты как думаешь? -Рано он меня узнал, ой рано...-покачала головой Кира,-Еще столько не сказанного было на языке. Но в общем и так сойдёт. Самое главное караул ему устроили. Надолго запомнит. -А он случайно не может к вам заявиться с целью обсудить проведённое мероприятие?-я неожиданно заволновался, вспомнив бешеные глаза Семёна в которых отражалась боевая вилка для мяса. -Вряд ли,-махнула рукой Кира,-Он даже как нас звать не знает, а уж где мы живём и подавно. -А Антонина?-не унимался я,-Вдруг он решит через неё на вас выйти? У таких людей частенько связи есть: придут к ней люди альтернативной профессии с суровыми лицами, да и спросят куда да кого... -Антонина уже через всю страну домой сбежала,-спокойно глядя на кальян ответила Кира,-Этот скандал сильно её подкосил в моральном плане, теперь как бы себя не накрутила из-за этого «Жана». Она ж сюда специально приехала, себя проявить, добиться чего-то. Её родной город маленький, не сможет её талант вместить. Ведь сам понимаешь, в маленьких городах центром мира обычно является любо завод, либо церковь, куда уж тут природному кулинару, а возможно и будущему ресторатору. Она с таким трудом пробивалась к должности несколько лет и вот результат. Просто хотела вкусно людей кормить, от души. А её прямо на взлёте забили выгодой. -Так чтобы вкусно кормить людей не обязательно было в такое пафосное место идти работать. -Она в каком то смысле тоже художник, как и все мы, а чем выше, тем богаче палитра так сказать. Плюс больше денег, что приезжим особенно необходимо. -Всем необходимо,-заметил я со знанием дела,- Кстати, я о себе много чего рассказал, а о вас так пока ничего и не знаю. Вы то чем конкретно занимаетесь? Никто из присутствующих не стал спешить с ответом на мой вопрос. Мне даже показалось, что я спросил про что-то неприличное и смущенно сосредоточился на пузырьках в своей кружке. -Я пойстером был,-как будто решившись наконец ответил Жень. -Кем кем?-не понял я. -Пойстером. Ну пои крутил, бензинчик пил,-и Жень показушно замахал руками. -Аааа, эти горящие штуки что ли? Видели, знаем. А сейчас что, не крутишь? -Боюсь,-Евгений как-то непривычно погрустнел, отчего его вечно улыбающееся лицо вдруг постарело лет на десять. Он глубоко затянулся из переданного Лонгом мундштука и продолжил,-часто жглись, по всем местам тела поями получали. Ржали только и хоть бы хны. Никогда страха не испытывал, даже когда бензином бороду себе поджёг. Обидно было не представляешь! Обстригать пришлось и заново отращивать, а это между прочим тоже труд! В общем обидно, да, но не страшно. А одежды сколько я угробил, с три китайских фабрики и один Стамбул!-Жень снова затянулся и замолк. -Так что случилось то?-не вытерпел я через десять секунд молчания. -Девушку свою поджёг,-ответил Жень и тяжко вздохнул,-У нас с ней по поводу м