В голосе ее странным образом переплелась угроза и недвусмысленный намек, но не успел Десмонд ответить, как она закрыла глаза и практически сразу обмякла, откинувшись на спинку кресла…
…Печально знакомая обитель Пандорры в этот раз Эвелинн не пугала совсем. Равно как мерзкий живой туман. Стоило ему ринуться к ней, как девушка легонько дунула, и вспугнутая дымка метнулась прочь и растаяла без следа. Лина такое позорное бегство прокомментировала неопределенным хмыком и нетерпеливо огляделась в поисках хозяйки жутких хором. Собственная сила кипела в жилах, окутывала, словно вторая кожа и ослабляла голос здравого смысла. Что это такое алата хорошо понимала. В принципе, опьянение силой само по себе не столь опасно, сколько те безрассудства, на которые оно может толкнуть. Как, например, то, что задумала Эвелинн. Правда, она рассчитывала, что это смело-хмельное состояние наоборот поспособствует делу, забрав без следа страх и неуверенность.
- Я уж подумала, что придется быть немного настойчивее, - недобро протянула Пандорра, змеей выскальзывая откуда-то из темноты. Выглядела она по-прежнему, разве что побледнее. Багровые глаза горели лихорадочным блеском в предвкушении долгожданного подарка. В хищном выражении лица Доры было что-то от ребенка, видящего перед собой сверток с рождественским подарком. – Мы ведь договаривались, что ты сразу же уступишь мне место.
- Кстати, хорошо, что напомнила, - Лина картинно прищелкнула пальцами в воздухе, будто только вспомнила о цели своего визита. – На счет нашей договоренности…
Девушка замялась, будто бы ей неловко говорить дальше, но делала это так, что издевка в ее действиях была видна за версту.
- Что еще?! – не выдержав, рявкнула Пандорра.
- Я не могу пока уйти, - алата состроила ангельскую мордашку. – Понимаешь, мы только помирились с Десом, мне хочется как следует попрощаться с ним.
- Ты рехнулась?! – сорвалась на бешенный рык Древняя, понимая, что сбываются слова Элизабет. – Соображаешь вообще, что несешь?! Ты пытаешься нарушить наш уговор, а это значит, что…
- … ты сейчас заткнешься и выслушаешь меня молча, - от голоса Лина повеяло холодом и силой, что заставило Дору потрясенно умолкнуть. Эвелинн хладнокровно продолжила: - Итак, что касается сделки. Насколько мне помнятся условия, я должна освободить тебе место добровольно. Так?
- Дальше что?
- Есть одна досадная помеха: категорическая нехватка у меня доброй воли, - радужно улыбнулась алата на манер палача. – Поэтому я здесь для того, чтобы сообщить, что исполнение мною своей части договора откладывается. По-видимому, безвременно. А на тот случай, если ты сейчас решишь получить причитающееся силой, хочу заметить, что подобные опрометчивые действия лишат тебя власти над жизнью Гончего. Вопросы?
- Полагаешь, что можешь заявиться ко мне с таким гордым заявлением, и я обрыдаюсь от ужаса?- оскалилась в ответ Пандорра. – Жаль портить тебе это выступление, но Гончего твоего я и так отправлю к прародителям. Твой добровольный уход был нужен мне исключительно для облегчения плана, но я вполне смогу обойтись и без этого. Только запомни, что когда я получу оболочку для себя силой и обрету твой Дар, я в первую очередь опробую его на твоих близких и знакомых. Любопытно, сколько их не переживет последствия твоей наглости и глупости.
Эвелинн вздрогнула, в глазах отразился неподдельный страх, будто она только что осознала, на какой риск пошла, и чем все это может обернуться. Девушка покачнулась и неловко отступила назад. Дора сделала шаг к ней, не скрывая откровенного торжества на лица.
- Ну ладно тебе, не надо так пугаться, - с фальшивым сочувствием успокоила она Лину. – Выполни условия – и я обещаю, что не превращу твой близкий круг в подопытных. Тебе вообще ничего делать не надо. Просто стой и не дергайся.
Алата на мгновение склонила голову, словно бы обдумывая все за и против. Потом едва заметно кивнула.
- Вот и чудно, - заключила Древняя. Подойдя вплотную к Эвелинн, она положила одну ладонь в область солнечного сплетения девушки. – Сделай то же самое.
Та не стала перечить и выполнила просьбу. Дора свободной рукой приподняла голову Изменчивой за подбородок, так, чтобы можно было смотреть прямо в глаза Лины.