- Что ж, если так, то я принимаю твои условия. Если сможешь освободить меня я не только исцелю твоё тело, дам силу, но и помогу добыть тебе царство, твоё по праву. Но вначале ты должен доказать, что твои слова - это слова истинного царя. Отправляйся к западному краю равнины и свали древний дуб, что выше прочих. Слуга отведёт тебя. Не верь его громадности, падёт он словно куст если ты сказал правду. Главное – перед тем как свалить его ты должен произнести: «Я Дильнир сын Белиора освобождаю тебя».
Полный решимости Дильнир тут же бросился исполнять сказанное. Слуга отправившийся за ним смог догнать его только когда тот уже начал спуск по скалам. Ободрённый легкостью с которой он преодолел лестницу царевич стал стремительно спускаться вниз и было решил, что на сей раз обойдётся без своего спутника. Однако, чем больше он отдалялся от вершины горы, тем тяжелее становилась рука и тем слабее становилась нога. Уже вторую половину спуска тот преодолел на чужой спине. Оказавшись снова в седле, царевич уже был полностью лишён и сил, и былой решимости, но ведомый верным слугой он всё же прибыл к указанному месту. Найти упомянутый дуб было легко, он выделялся среди других как отец среди юных сыновей.
Размеры огромного дерева впечатляли. Огромная крона казалось могла уместить на себе небольшой город. Вероятно, это потому, что сей дуб был единственным чьи ветви с уверенностью могли расти внутрь в направлении горы.
Осмотрев чудовищно толстый ствол дуба, Дильнир вовсе отчаялся в исполнении своего задания.
- Господин! Давайте же! Только вам под силу свалить его.
- Ты лишился разума! Для того чтобы свалить его мне потребовались бы все лесорубы царства.
Тут в сердце слуги вновь вскипел гнев, словно кто-то саботирует дело всей его жизни на самом последнем его этапе. Взяв под грудки своего господина тот бросил его к чудовищным корням дуба.
- Вам… сказано… валить… дуб! – сквозь зубы прорычал он.
Еще никогда Дильнир не видел его таким. Впервые он испытал такой страх, глядя в его разъярённые глаза. Медленно шатаясь, тот встал и развернулся к стволу дерева. На нём виднелся след будто кто-то держал длиннопалую руку прижатой к нему на протяжении всей жизни дерева. Поставив руку на то же место он сказал:
- Я Дильнир сын Белиора освобождаю тебя! - после чего со всей невеликой силой, что у него имелась принялся напирать.
Вдруг послышался страшный шум, и царевич почувствовал, как падает вперёд. Страшный удар заставил содрогнуться землю, и он оказался на поваленном дереве…
В тот момент ясно чувствовалось – круг разомкнулся. Ветра со всех сторон устремились из лесных массивов внутрь круга. Послышался грохот доносящийся с вершины горы. Обретя свободу, дух с ненавистью разрушил свою каменную темницу, раскрошив горный пик в чудовищных объятиях. Огромные каменные глыбы, бывшие некогда склонами горы, разлетелись в разные стороны, а смолотая в порошок часть каменного массива лавиной сошла вниз, когда тот ослабил хватку. Разделавшись со своей тюрьмой, дух в образе чёрного шторма развеялся. Небо мгновенно посветлело, а грозовые тучи рассеялись будто их и не бывало.
Вот тогда то царевич осознал, что творит. Нужно было бежать. Попытавшись слезть с огромного поваленного дерева, царевич грохнулся на землю и, ощутив сильную боль, расползавшуюся по телу понял, что больше не в состоянии двигаться. Паника вцепилась в его разум. Растерянный взгляд привычно был брошен в сторону слуги.
Но тот не спешил на помощь корчившемуся от боли господину, а лишь сказал голосом полным радости:
- Потерпите, сейчас хозяин вам поможет.
Тут в нескольких метрах от него воздух искривился словно от горячего пара. Воздушная рябь стала темнеть и принимать человекоподобную форму. Слуга пал на колени.
- Я готов, хозяин, – сказал он глубоко вдохнув, и закрыв глаза.
- Встань, – ответил дух голосом похожим на звук грубой трубы. – Не желаю стоять на коленях, когда войду.
Человек спешно поднялся и почувствовал жжение что началось в глазах, а затем расползлось по всему телу. Когда ощущение сменилось на жар, тот перестал быть хозяином своего тела... Наслаждаясь давно забытыми ощущениями, дух проверил каждую частичку бренной оболочки. Послышался хруст костей, вызванный неудачной попыткой размяться. Тем временем лежащий уже изнемогал от нехватки воздуха. С самого падения ему не удавалось сделать ни единого вздоха. В панике двигая глазами он встретился с ним взглядом.