Держава Эрамидов – государство лишь незначительно уступающее Олонгарду в древности. Образованное на сотню лет позднее, оно в короткие сроки превратилось в могущественное королевство. Первые военные столкновения двух держав случились ещё при деде Алиора. Тогда впервые наследники Эрама Великого (основателя державы) познали мощь военной машины Олонгарда. Разбитые наголову эрамиды отказались бы от вторжений, если бы в этой битве не был убит их король. Славящиеся как стяжатели обид, эрамиды поклялись отомстить за пролитую королевскую кровь и нанести Олонгарду равнозначный удар. Так началось кровавое противостояние, продолжающееся по сей день.
В лазурной твердыне
Лорд Брарм прибыл по зову своего государя. В пустом зале пребывали лишь двое: новоиспечённый царь и его никому не известный до селе, а потому смущающий всех при дворе, тан. Кланяясь Олониру, лорд проявлял уважение, но склоняя голову сейчас, он чувствовал лишь отвращение. Но того требовал план.
- Алиор расположился всего в дне пути отсюда. В любой момент мы можем нанести удар и покончить с мятежником.
- Для чего же? – отвечал бледнолицый правитель. – Время – наш союзник. Наша армия превосходит его сброд, становясь сильнее с каждым днём. Он обречён на поражение. А потому давай обсудим по-настоящему важные дела.
- Вы недооцениваете его и его силы. Если не нанести удар сейчас пока преимущество на нашей стороне ситуация может измениться. Кроме того нам стало известно о движении неприятеля на западной границе. Эрамиды готовятся к войне. Мы должны немедленно покончить с восстанием и начать укреплять границы.
- Довольно!
Произнесённая с максимально возможной надменностью фраза резала слух лорда, однако тема последующая следом слегка охладила его гнев. Дильнир изъявил желание взять в жёны Гиалу, что не могло не радовать Брарма. И хоть обстоятельства не позволяли устроить свадебные торжества из-за сохраняющегося траура, лорд дал на брак своё согласие и даже взялся его организовать.
- Вы всё сделали верно. – подал голос тан едва лорд удалился.
- Но почему я не могу покончить с Алиором сейчас? Зачем ждать? – вопрошал царь, искренне не понимающий замысла своего партнёра, чьим волеизъявителем был тан.
- Хозяину виднее. Не сомневайтесь в его благоразумии. Лишь его силами вы сейчас восседаете на троне и готовитесь к долгожданному браку.
Вещал тан до противного монотонным голосом. Тем не менее, Дильнир был вынужден его слушать. Отдохнуть от постоянного его присутствия удавалось лишь, когда тот удалялся в город для встречи с хозяином. Каждый день тот встречался с духом, дабы доложить о ситуации и получить дальнейшие инструкции.
В особняке лорда Брарма
Чудовищное недовольство, вызванное надвигающимся браком с нежеланным женихом, овладело девушкой. Чувство непомерной обречённости не покидало с тех самых пор как стало известно о предательстве Бора. Надежды о воссоединении с возлюбленным, хоть и бывшие весьма ничтожными, были утрачены. Многодневная забастовка, прерванная вторжением грозного, отца возобновилась по его уходу. Восстановить вынесенную дверь было не в её силах, а потому завесив выход из комнаты шторами, Гиала отказалась от контакта с внешним миром.
Она помнила выражение лица отца, когда тот услышал о категорическом отказе дочери выходить замуж. И от него бросало в дрожь. Больших усилий стоило тому сдержать себя в руках. План, ради которого было совершено жесточайшее предательство за всю историю рода Брармов[1], мог пойти прахом от строптивой девчонки. Такого допустить было нельзя. Потому наплевав на волю дочери, отец уведомил её о том, что отправляется заниматься устройством её бракосочетания и удалился.
Все речи отца не возымели эффекта. Мысль о получении статуса царицы никак не влияло на Гиалу. Только Бор был способен заполнить пустоту, образовавшуюся в сердце девушки.
После нескольких часов истошных истерик женский разум очистился от эмоций. И нет его изобретательнее и коварнее, коли не обременён он бурями чувств.