Когда же почти весь мир оказался очищен, под властью тёмных жрецов осталось лишь Черноземье. Восставшие и окрепшие державы тех времён среди коих был и Олонгард предпринимали попытки добить ослабших жрецов, но война в холодных скалистых землях оказалась долгой, тяжёлой и безрезультатной. При появлении внешней угрозы, воюющие меж собой хелисиархи тут же объединялись и давали мощный отпор. Хоть они и лишились подпитки от хозяина, их силы всё же оставались на высоком уровне. Теперь причитающуюся исчезнувшему хозяину дань они «поглощали» сами. По истечению нескольких лет жестоких войн силы новых царств отбросили врага за цепь горных перевалов после чего было принято решение прекратить продвижение вглубь холодного полуострова. Там же и поныне стоит та граница. Первое королевство келеорийцев сдерживает границу со жрецами на юге. Великое срединное царство держит оборону на юго-востоке Черноземья. Олонгард же держит западную границу, располагающуюся в нескольких неделях марша от столицы. Не в состоянии прорвать оборону черноземные владыки погрузились в борьбу меж собой за обширные земли и богатые рудники. До сих пор идёт та война. В особо тяжёлый её период царь Олонир II предпринял удачную попытку вторжения на полуостров с моря, чем основал новый «Заморский» надел и обезопасил прибрежную столицу от неожиданного нападения с моря. В том же вторжении был покалечен юнец, ныне занимающий должность державного управляющего Олонгарда.
Жемчужиной всего полуострова была единственная уцелевшая с древних времён алая башня. Пятиэтажное чудо архитектуры являлось укреплённой цитаделью и служила в качестве сигнального маяка. Каждый из этажей окружался пятью выступами в виде огромных чаш, наполненных особым чёрным мрамором. Тот мрамор, что добывался лишь в этом месте, имел вулканическое происхождение и служил несгорающим топливом для огромных чаш-костров. Однако зажечь эти костры могла лишь сила тёмного бога. Вспыхивающий на верхней самой крупной чаше, огонь по специальным каналам спускался вниз, поджигая нижние чаши. Когда же пламя доходило до самого низа, срабатывал механизм, концентрирующий жар всех двадцати чаш на верхней двадцать первой чаше, что извергала пламя мощной струёй вверх. Алый столб огня озарял всё небо, оповещая местных владык о том, что господин собирает в башне совет. Ныне же эти чаши остаются холодными с тех самых пор как был повержен их строитель. Многие его последователи пытались повторить чудо но безуспешно.
В просторных залах алой башни собрались представители жреческой верхушки. Здесь, пред лежащим на каменном столе скрюченным телом старого хелисиарха предстояло выбирать нового. В воздухе висело страшное напряжение. Дюжина возрастных колдунов, за каждым из которых стояло с несколько сотен вооружённых до зубов воителей и с пару десятков боевых магов, тяжело переглядывались. Каждого из них от высшей власти отделял лишь один шаг. Но чтобы его сделать нужна была поддержка большей части здесь присутствующих иначе и без того хлипкий союз грозит развалиться. Тишина зала изредка нарушается звуками зачесавшейся бороды, кашлем и тяжёлыми вздохами. Вдруг налетает страшный ветер и слышится грохот разбившихся окон. Чёрная копоть, налетевшая вместе с холодным уличным ветром, заполнила всё помещение. Паникующие люди пытались спастись бегством но не могли видеть даже своих рук. Горький смог стал сменяться чистым воздухом. Потоки копоти устремились куда-тот в сторону и вскоре вовсе исчезли, открыв взору стоящего среди разгромленного зала человека в плаще. Дождавшись пока всеобщее внимание окончательно закрепится на его персоне, тот начал: