От мрачности обстоятельств ноги подкашивались сами собой. Старая лавка со скрипом прогнулась под огромным весом. Дерзкий план по сдаче отца полков младшему брату обернулся полным крахом всего. Желая вырваться из бедной отдалённой провинции, глава города был готов на всё и не воспользоваться ситуацией он просто не мог. С грустью посмотрев на лучи вечернего солнца, отражающиеся на бревенчатой стене он усмехнулся. Если бы не окружение, то уже этим вечером его не должно было быть в городе. Упорно снаряжавшийся весь день обоз, подготовленный для перевозки царственного пленника в столицу стоял во внутреннем дворе острога.
Немой страх плавно перетёк в отчаяние а через него вылился в лютую ярость. Молча выпроводив воеводу и старосту, толстяк направился к подвалу.
Холодное подземное помещение несомненно бы отдавало мощным запахом почвы и полусгнивших брёвен если бы не глушилось ароматом припрятанным здесь съестным. Здесь среди подвешенных тушек копчённых животных, мешков с корнеплодами и бочонков сидел Бор. Долгими трудами местного кузнеца великан был прочно прикован к стене. Если бы не выпитое царевичем снотворное то окончить свой труд мастер бы никак не успел, а потому пленный сидел исторгая проклятия в адрес своего пристрастия к выпивке. От этого занятия его отвлекло внезапное прибытие тюремщика. Руки вдруг налились силой и казалось, накованные поверх наручей оковы вот-вот спадут, но всё же этого не происходило.
Некоторое время градоначальник просто молча стоял, выслушивая гневные речи. Среди смачных ругательств читались явные угрозы и сомневаться в своей обречённости, в случае освобождения титана, толстяку не приходилось.
Нервно подрагивающая рука медленно потянулась к набедренному кинжалу.
Сперва великан отказался верить в серьёзность намерений своего пленителя, но холод приставленного к горлу железа умеет переубеждать. Не в состоянии даже отодвинуться, царевич просто смотрел тому ровно в глаза. Вспомнив рассказы бывалых вояк побывавших в плену, Бор решил прибегнуть к такой тактике. По словам ветеранов не каждый палач в состоянии выдержать прямого зрительного контакта с жертвой, а потому профессиональные убийцы всегда отводят взгляд. Рыхлый градоначальник вряд ли был из них а потому у этого плана были определённые шансы на успех. Если бы не одно но. Толстяку было совершенно нечего терять и собравшись с силами он сделал резкий вдох… однако выдохнуть уже не смог. Помешал воткнутый прямо в затылок нож. За упавшей тушей Бор увидел перед собой сотника.
Тяжело сглотнув, великан сказал:
- Радуйся, предатель, ты помилован. В моём списке на отмщение ты был второй строчкой. Но кузнеца я всё таки прибью, - ненависть к подневольному мастеру взялась от того, что справленные им кандалы были уж слишком узки.
Вскоре под ударами того же самого молота оковы одна за другой падали наземь. Когда же последняя рука оказалась освобождённой, царевич наконец-то мог их размять. Хорошенько покрутив кистями и хрустнув выпрямившийся позвоночник, отец полков с довольным лицом весело захохотал. Смущённый кузнец тоже выдал что-то вроде неловкого смеха ещё до того как чётким ударом в голову отправился спать в противоположный угол подвала.
- Бор! – послышался радостный женский крик, пронзивший подземелье.
- Гиала! – с огромным удивлением и улыбкой на лице произнёс, протирающий кулак. – Ты как здесь?
Далее последовали крепкие объятия после которых девушка рассказала обо всём. В том числе и о том как староста открыл для них врата острога, уверяя в непричастности народа к его захвату. Волк стал невольным свидетелем длинного рассказа и изредка подсказывая хозяйке нужные слова. Данное зрелище погрузило воина в глубокую печаль причины которой ему были совершенно непонятны.
[1] Кулак – командир «пятерни» (группы из 50 человек). Символизировал сжатые в кулак пять пальцев (десятков) воинов. Пятерни в свою очередь делились на сотный (50 чел.) тысячный (500 чел.) и войсковой (5 000 чел.)
Автор приостановил выкладку новых эпизодов