- Ничего. Продолжим на кулаках! – сказал запыхавшийся Бор ещё не отойдя от боевого азарта и зарядил брату богатырского прямо в голову.
Не ожидавший удара старший царевич не успел увернуться, и перевернувшись от удара, оказался на земле. Испуганный Бор бросился поднимать нокаутированного брата.
- Ты чего? Я же тебя предупредил.
Когда к наследному принцу вернулась чёткость зрения, тот опираясь на руку брата встал и ответил ему тем же. Слегка отшатнувшийся великан расплылся в улыбке и встал в стойку. Казалось, драки приносили ему удовольствие. Но рукопашной не дано было свершиться. Вдруг послышались громкие бегущие шаги и на площадку явился гонец.
- Господин Алиор, господин Бор, государь созывает срочный государственный совет! Вас ждут. – проговорил запыхавшийся слуга и, повернув голову, встретился взглядом со схватившимся за пробитую грудь Гелоном. – О! И вас разумеется тоже ждут, военный советник… (кашель)
- А у парня хорошее зрение, раз смог его заметить, – подметил Бор, чем навлёк на себя озлобленный взгляд советника.
Подождав пока младший брат нацепит завалявшуюся где-то парадную броню, которую тот не любил из-за её вычурности, Алиор в сопровождении его и своего друга направился во дворец, верхние ярусы которого отбрасывали тень на всю тренировочную площадку.
Их путь лежал по широкой и древней лестнице, ведущей от одной террасы к другой. Это было похоже на лестницу внутри лестницы. Вся система огромного замка была построена на утёсе, уходящем своим концом в сторону моря, поэтому строители поделили утёс на несколько уровней на которых затем построили прочие здания, а дворец же находился на самой вершине скалы.
Подобное обустройство делало эту крепость воистину неприступной. Чтобы достичь цитадели противнику было нужно сначала прорвать несколько уровней обороны, представляющих из себя укреплённые террасы, а уже потом пересечь финальную крепостную стену, окружающую сам дворец.
Преодолевая многочисленные ступеньки огромной лестницы Алиор дивился неутомимости великих зодчих прошлого, ведь им приходилось не только подниматься на эту высоту самим, так еще и поднимать сюда каменные блоки, вес которых поражал воображение. Созерцанию красот замка мешало лишь разболевшееся к тому времени особенно сильно, лицо.
Преодолев длинную каменную лестницу, трое оказались у врат дворца, что были окружены укрупнёнными в отличие от прочих руническими надписями по бокам. В свете синих рун виднелась худощавая мужская фигура в плаще, ожидающая подхода троицы. Это был младший из сыновей царя – Дильнир.
Бледное, с тёмными кругами вокруг провалившихся глаз, лицо царевича виднелось под капюшоном тёмной мантии, надетой на тощее, сутулое тело. Дильнир в отличие от своих старших братьев не был искусным воином и с рождения был болен. Мать погибла при родах младшего сына и недостаток материнской любви, кою еще успели познать Алиор и Бор, сильно сказался на младшем брате. Убитый горем отец не проявлял особого внимания воспитанию младшего сына и тот фактически был воспитан придворным мудрецом, что умер прошлой осенью. Смерть любимого наставника еще больше подкосила дух и здоровье Дильнира, и последний год тот прожил фактически, не выходя из своих покоев. Потому его присутствие на этом совете вызвало у всех удивление. Как оказалось позже, он был вызван личным приказом государя. Старшие братья, давно не видевшие его, заметили значительное ухудшение внешнего вида брата, но в короткой беседе перед открытием врат тронного зала, не стали об этом упоминать.
Врата тронного зала открылись. Царевичи, лорды, советники и прочая знать начали занимать свои места. Величественный зал не был подобием сокровищницы и не имел большого количества украшений, как было принято в большинстве монаршьих дворов. Единственным поистине царским украшением служил выполненный в строгом стиле позолоченный трон, к которому вела отделанная серебром лестница. Кресла же советников и военачальников были сделаны из обычного железа и ничем не отличались друг от друга.
Как только все заняли свои места, главный управляющий объявил о начале заседания совета. После объявления в зале воцарилась полная тишина, через некоторое время развеянная речью седовласого владыки.
Внушительная на первый взгляд фигура государя на самом деле скрывала под собой сухое, жилистое тело, иссушенное годами. Объёма ему придавала богато отделанная шуба. Он был уже стар и по старости начал верить в предзнаменования и прочие вещи. Одним из них стал сегодняшний сон до того обеспокоивший царя, что тот созвал срочный государственный совет дабы дать наставления советникам и уладить прочие государственные дела.