-Нет,- жаркая и горячая слезинка скатывается по щеке, а внутри вспухает острое чувство несправедливости. И желания спасти, сохранить то, что дорого. Отрицание реальности. В этот момент приходит понимание, что он для нее не просто важен. Он важнее всего, что есть в ее жизни. И что-то сильное, необузданное, непостижимое и безграничное просыпается где-то глубоко внутри ее души.
-Ах,- издает пораженный вздох повариха, хватаясь за сердце.
Ее Господина окутывает сияющий кокон света. Такой яркий, что глазам смотреть больно. И такой чистый, что он вымывает из ее сердца все страхи, врачуя душу битой жизнью женщины. И она видит хрупкую фигурку юной девушки, почти девочки, которая находится в кольце его сильных рук.
-Ника,- пораженно шепчет Дейм, глядя в полыхающие синим пламенем глаза.
Она не отвечает. Маленькая ладошка раненной птицей взмывает с его плеча. И с этой ладошки слетает золотая стрела, улетая куда-то ему за спину.
Раздается глухой звук, будто на пол падает тело и одновременно тихий звяк остановленной вспышкой света стрелы.
-Убийца,- шепчет одними губами девушка и безвольно обвисает в его руках, прекращая исторгать из себя свечение и вновь становясь невидимой для всех кроме него.
Он растерянно подхватывает ее и поднимается на ноги. Дезориентированный с полной кашей в голове и пониманием того, что она спасла его жизнь. Снова появилась именно тогда, когда была нужнее всего.
-Лартен,- зовет он.
Его слуга появляется в зале будто из пустоты.
-Того что на втором этаже в пыточную,- он доходит до трона и бережно сажает потерявшую сознание девушку на свой символ власти. Поднимает болт от арбалета и внимательно вглядывается в зазубренное лезвие.- Отравлено,- бросает его своему службисту.-Выполняй,- отдает он приказ и поворачивается к почти забытой поварихе, которая теперь все же решается посмотреть ему в лицо.
И женщина видит в его фиолетовых глазах звезды далеких галактик. Видит как почти нежность разливается в них, когда он мельком бросает взгляд на свой трон. И она сгибает спину теперь уже не в подобострастно-угодливом поклоне. Нет, она сгибает спину в уважении. К тому, чью жизнь сегодня спасла сама избранница света. Для них, отверженных светом, проживающих под властью тьмы — это было больше, чем чудо. Это было невозможно.
-Возвращайся на кухню,- спокойно произносит он, переводя свой взгляд на нее.- Сегодня тебе спасли жизнь и я ни за что не стану отнимать, то что подарила ОНА. Цени этот дар.
-Да, мой Господин,- снова кланяется повариха и уходит, унося с собой частичку счастья.
А он оставшись, наконец, один в этом гулком зале вновь подходит к трону.
-Ника,- шепчет он, проводя рукой по гладкой щеке своей малявки. По щеке, на которой появляется так любимая им милая ямочка.- Спасибо, Ника,- и поддавшись какому-то порыву, он наклоняется и касается ее нежных губ своими губами. Короче мгновения, быстрее полета стрелы. Но касается. И пугается того, что делает.
ГЛАВА 5. ЭТО ГРЯЗНОЕ ДЕЛО «ПОЛИТИКА».
ГЛАВА 5. ЭТО ГРЯЗНОЕ ДЕЛО «ПОЛИТИКА».
И снова вопросы. Как-то их много возникает в ситуации с этими снами. Вот можно ли во сне потерять сознание? А эти временные аномалии? Или маги правы и время не линейно? Нет, он встречался с тем, что во многих мирах время течет по-разному. Но всегда есть какая-то закономерность. Время движется относительно чего-нибудь. Например в соседнем мире одни сутки равняются тридцати шести часам его мира. То есть почти в полтора раза быстрее там идет время. А в их случае с Никой все совсем непонятно. Сначала для него прошли долгие годы, а теперь вот всего пара месяцев, а в ее мире — лет. Разве так бывает? Или дело в том, что мир Ники такой закрытый и лишенный магии. Аномалия, можно сказать.
Дейм подхватывает хрупкое и нескладное тело теперь уже подростка и бережно прижимая к себе несет в свою спальню. А этот его порыв с поцелуем... Вообще за гранью добра и зла. Не может он так с ней поступать. Да и не вызывает она в нем мужского желания. Скорее хочется просто не отпускать ее. Наполнить свою жизнь светом и тихо балдеть, глядя в чистейшие озера ее глаз. Хочется дурачиться вместе с ней и слушать ее заливистый и довольный смех. Много чего хочется. Но вот переводить отношения во взрослую стадию — нет. Или?...
Он с недоумением смотрит на рассыпавшиеся по покрывалу золотистые волосы. Пытается разобраться в своих чувствах и не может. Тайком стараясь не шелестеть и опасаясь, что девушка может очнуться достает из кармана пару альбомных листов. И внимательно смотрит на одну из работ Ники. Сейчас ее усталое лицо кажется старше. И он внимательно сверяет рисунок девушки-ангела, находя все больше одинаковых черт. Похожи до ужаса, до безобразия. Теперь он хотя бы представляет, как будет выглядеть его малявка, когда окончательно утратит подростковую угловатость. И это открытие почему-то вдруг сильно его волнует. А еще неожиданно злит осознание того, что он не способен влиять ни на что в ее жизни.