-Мы так и продолжим стоять здесь?- со смешком интересуется Ника,- Или ты все же позволишь пригласить тебя на набережную. Хотелось бы присесть после тренировки, знаешь ли.
Здесь она не соврала - веера были ужасно тяжёлыми для ее рук. Скромничать она в этот раз не стала, взяла тяжеленные. И сейчас после того как эйфория от танца спала, почувтвовала боль в запястьях и пальцах. Руки болели просто адски. А завтра будет вообще треш. Ей, конечно упахиваться на тренировках было не впервой, но обычно она соизмеряла свои силы. Да и день выдался не из легких. Девушка доучивалась последний год в школе. Шла на золотую медаль и теперь просто разрывалась между репетиторами, художкой, тренировками и уроками. А ведь она сама до сих пор не могла определиться куда ей поступать, слишком многое ее манило и влекло.
Впрочем, сейчас вечер пятницы. Можно сказать ночь. Впереди два выходных и можно будет отпустить ту сжатую внутри ее пружину, которая поддерживала в ней некий заводной, по словам родных и близких, механизм, не позволяя сломаться от такой нагрузки.
-Пойдем,- согласился он с неохотой, разжимая руки и позволя ей выпорхнуть из своих объятий. Поймал ее озорную улыбку и чуть усталый взгляд, и будто солнечный зайчик скользнул по его сердцу, согревая фантомным теплом.
Не улыбнуться в ответ было невозможно.
Но улыбка быстро исчезла с его губ, когда чья-то властная ладонь внезапно вынырнув из темноты опустилась на лицо девушки, закрывая ей рот и не позволяя закричать. Дернула гибкую, извивающуюся фигурку в темноту. Дейм успел оценить лишь блеснувшую полоску стали в руках безумного незнакомца, прежде чем и сам нырнул в объятья тьмы, оставляя за спиной мягкий свет уличного фонаря.
Перенастроил свое зрение и Тьма послушно окрасилась красками, позволяя своему носителю намного больше, чем обычным смертным. Это заняло всего лишь несколько секунд, но треск одежды показал, что безумец тоже не терял драгоценного времени. А он был безумным. Жил во тьме, сроднился с ней настолько, что впустил ее в свой разум, позволив разъесть его словно соляной кислотой.
Ника задыхалась, ощущая на конце себе чужую и неприятную руку. Мычала и брыкалась, пытаясь освободиться и получить доступ к такой желанной свободе и воздуху. Незнакомец не церемонился швырнув ее в прямо в бетонную стену какого-то здания. Шероховатости и неровности больно впились в спину и пересчитали каждый позвонок на ней. Она сильно ударилась головой и на какой-то миг реально увидела тем самые гребаные звезды, которым принято появляться в подобном случае. Больно, но не страшно. Почему? Потому что где-то в этой темноте таится монстр намного страшнее, чем это маньяк. Который, убрав свою ладонь от ее лица, присел на корточки рядом и рванул ее байку. Послышался треск и Ника возмущенно ахнула, пытаясь оттолкнуть незнакомца. Он слегка отодвинулся от нее и Ника увидела тусклый блеск лезвия, поймавший на себя блик неизвестного источника света. И все равно не испугалась. С легкой насмешкой даже подряла руки вверх, показывая, что не станет сопротивляться. Не почувствовав от жертвы привычной волны ужаса, мужчина даже растерялся. А потом темное и холодное нечто рвануло в его сторону, откидывая от жертвы и выбивая стон из его крепкого тела. Нож, улетевший в сторону негромко звякнул и наступила тишина, в которой с хриплыми вздохами силился подняться маньяк.
Дейм опустился перед ней и провел по щеке, стирая ощущения чужих прикосновений. Нежно коснулся губ, оставляя на бархатной коже свой запах. Ника даже прикрыла глаза, потрясенная тем, какое удовольствие доставило ей такое обычное в общем-то прикосновение. Или дело было в том контрасте, что невольно возникал. В нежности чудовища, облик которого принял ее верный друг из детского сна. Сгусток Тьмы, что чернее самой ночи... И холоднее льда. Вот только его рука для нее была приятно-теплой, но там, где он ступал, оставалась искрящаяся изморозь. Как такое возможно?
-Все хорошо?- его шепот отозвался во тьме рычанием и хохотом, чьим-то плачем и стоном.
Ника медленно кивнула, завороженно глядя в темноту. Но даже сейчас, находящийся в ярости, разозленный до скрежета зубов и жажды убийства, он был и оставался для нее родным и понятным. Опасные мысли. Ника поскорее отвела свой взгляд. Дейм понимающе хмыкнул и поднялся шагнув к убийце. Кровь невинных на нем имела столь яркий запах, что Дейму и не нужно было прочих доказательств. Впрочем, он бы все равно его убил. За тот мимолетный испуг, за угрозу жизни его малявке. Без сомнений и сожалений. Он заслуживал медленную и мучительную смерть, но Дейм не хотел тратить на нго драгоценное время, да и девушку пугать не хотелось. Поэтому черный туман оторвался от его тела и укрыл собой парализованную ужасом фигуру. А когда туман рассеялся, не осталось ничего. Ни человека, ни его пораженной безумием души. Они вышли из темных переулков к набережной в полной тишине. Лишь рука Ники находилась в большой и теплой ладони Дейма. И, только когда увидела спокойную гладь воды, ровные ряды желтых фонарей, ивы, касающиеся гибкими ветвями воды, вот тогда ее накрыло осознанием того, что могло произойти, не будь Дейма сегодня с ней. Да и не сегодня тоже. Он ведь явно заметил ее на выступлении, а о том, что маньяки годами могут преследовать одну жертву она слышала не раз. Перед глазами встали лица родителей и ее затрясло. Она, не боялась смерти. Где-то в глубине души она знала, что смерть - это еще не конец, что с ней ничего не заканчивается. Но родители....