-Кажется, я все же не вовремя,- произнесла Ника, отмечая направленный на нее полный ярости взгляд.-Ты видишь меня?- прямо спросила девушка, шагая к демонице сквозь предметы и людей.
Измиль осознала свой промах, когда ни один демон из ее свиты и головы не повернул в сторону овеянной мягким светом златовласки. Но отступать было поздно, как и делать ничего непонимающее лицо.
-Вижу,- прошипела демоница, позволяя багровым всполохам ненависти блеснуть в своих глазах. На миг, на короткое мгновение, через которое все скрылось под маской насмешки и превосходства. Она повернулась всем корпусом к Нике, демонстрируя прекрасное лицо и полную совершенства фигуру.
-Почему?-спокойно спросила Ника, склоняя голову на плечо и с искренним интересом ожидая ответа. Впрочем, этот ответ интересовал не только ее, но и Владыку, который в ожидании сжал подлокотники трона руками. Ответ почему-то им обоим казался невероятно важным.
-Не знаю,- пожала плечами Измиль.
-Ложь,- не удержавшись прошипел Владыка.
Измиль поернув голову пронзила его острой спицей взгляда и он ощутил как лопнула нить, связывающая их. Эмоции буквально отрезало, а свободный конец лопнувшей связи хлестко прошелся по ауре Владыки, буквально вспаривая ее. Но он даже не поморщился, продолжая сверлить демоницу взглядом. Потому что ответ был важен. В ее эмоциях он четко уловил, что она догадывается, и даже почти уверена в своих подозрениях. Но вот делиться ими не собирается. Что-то связывало их троих. Что-то очень важное.
-Будьте осторожнее в своих словах, Владыка,- мягко произнесла Измиль картинно грозя изящным пальчиком.-Вы рискуете нарваться на дипломатический скандал и совсем уж некрасиво так откровенно читать женщину. Вы можете нажить себе могущественного врага.
Ее тело резко объяла тьма, а затем развернулась широким крылом, буквально затапливая комнату, пропитывая ее запахом чуждой силы и древним всесилием.
Нику пронзили миллионы болезненных укусов, практически развоплощая ее в этой реальности. Чужая и чуждая стихия ранила ее, пытаясь наказать за что-то. Сильная боль пробудила свет, который ярким коконом окутал девушку, делая ее видимой для всех. А в следующий миг уже родная тьма укрыла прохладным покрывалом сияющую фигурку, защищая от враждебной атаки. Она придавила к мраморному полу посольство, подавила силу наследной принцессы демонов и вернулась к владельцу.
-Вы уже это сделали,- мрачно произнес Дейм, поднимаясь во весь рост со своего трона.- Боюсь, что ваша дипломатическая миссия целиком и полностью провалена. Мы не желаем иметь каких-либо отношений с миром Шаугри. Более того мы не желаем наблюдать вашу персону в нашем мире.
-Это объявление войны?- вскинулась принцесса.
-А вы хотите войны, Ваше Высочество?- насмешливо спросил Дейм, практически вплотную приближаясь к демонице и подмечая возбуждение, которое разгоралось в ней с каждым его шагом все отчетливее.-Пока что я всего лишь объявил, что вы персона нон грата в моем мире. Любое ваше вторжение будет засчитано как агрессия в нашу и сторону и будет грозить заключением под стражу. Соответствующие документы магическим вестником будут отправлены вашему Лорду. У вас есть два часа, чтобы отбыть на родину.
Владыка перевел многозначительный взгляд на своих советников, которые впрочем не сразу это взгляд-то и заметили, продолжая как и многие участники переговоров пялиться на по-прежнему окутанную мягким светом Нику. Девушка же ежилась, ощущая столько направленных на нее взглядов — жадных, жарких, восторженных, возбужденных, настороженных, ненавидящих...
Скрипнув зубами Дейм притянул Нику к себе и положив широкие ладони на ее хрупкие плечи с угрозой обвел присутствующих взглядом, наглядно демонстрируя свое покровительство по отношению к этой девушке.
Как только они покинули зал переговоров он подхватил Нику на руки наслаждаясь ощущением ее хрупкого и нежного тела с доверчивостью прижавшегося в нему. На сей раз не было никаких потайных коридоров. Только парадные, ведущие к его покоям. Ему хотелось, чтобы как можно больше придворных увидели девушку в его руках. Запомнили.... может быть она тогда станет капельку реальнее и перестанет быть всего лишь видением, его персональным наваждением. Вот только это было вряд ли осуществимо. Владыка терпеть не мог толпы праздношатающихся лордов, а потому засвидетельствовать наличие хрупкого груза могли лишь немногочисленные слуги, да пара-тройка придворных спешащих по делам.