Хотя, признал хакер, эта история оказалась довольно интересной. Даже довелось поприсутствовать при событиях, за возможность наблюдать которые любой журналист, вроде того же Смитти, отдал бы если не душу, то уж руку – точно. Тем более что за выручку от показа такой записи он купит себе десяток новых… Жалко, нельзя продать ему эти записи. А потом, даже если можно будет, они сильно упадут в цене…
Его размышления прервал вызов. Это был Альберт.
– Есть информация? – спросил у него Хракамоши.
Тот кивнул:
– Ты не поверишь, кому принадлежит этот катер!
– Сосуду Немезиды? – предположил Су.
Альберт удивленно посмотрел на него:
– А ты откуда знаешь?
– Просто выстрелил вслепую, – улыбнулся Су. – И, кажется, попал.
Альберт скептически посмотрел на него.
– У тебя неприятности?
– У меня – нет. А отчего он упал?
– На нем были повреждения, похоже, от атакующего бота. Всего пятнадцать километров до ремонтной станции не дотянул.
Хракамоши сглотнул. Паршиво дело… Такое Немезида не забудет. Он не сомневался, что повреждения катера – работа его ботов, еще с пиратской базы. Хотя… Где Немезида шлялась все эти дни? Почему сразу не направилась в ремонт?
– А неизвестно, какова давность повреждений?
– Несколько дней. Может, и неделя будет.
Н-да…
– У тебя точно все в порядке? – поинтересовался Альберт. – Может, я могу чем-то помочь?
– Да нет, ничего. Просто не думал, что кто-то сумеет сбить катер Немезиды.
– В жизни все бывает, – пожал плечами Альберт.
– Это точно, – согласился Су. – А что с пилотом?
– Личность установили, но найти пока не могут. Это Ханга Свенсон, норвежка, по слухам, самая сильная из Сосудов Немезиды.
– Тем удивительнее, что ее сбили.
– Да ее, собственно, и не сбили. Повреждения были не слишком серьезные, просто произошла совершенно дурацкая вещь. Такие катера вообще плохо ходят в атмосфере, а этот еще был хоть и не сильно, но поврежден. Ну при пролете над нами он попал в воздушную яму, и что-то там в нем то ли перемкнуло, то ли оторвалось, только движок изменил вектор движения – прямиком вниз. Техники говорили, вероятность ничтожная, но один раз такое уже было. Мы связались с «Воздаянием», они обещали выплатить компенсацию. В общем, довольно любопытный, но всего лишь несчастный случай. И то, для кого несчастный, а для кого и… – Альберт улыбнулся. – Компенсация нам светит очень существенная.
– Понятно. Ну тогда желаю успехов, побыстрее верните сервак в строй.
– Постараемся. Сами им пользуемся…
– Значит, случай и удача? – пробормотал Су. – Скорее всего. Только вот я с ними немного знаком. И впечатление такое, что просто так они ничего не делают… Однако как все запутано!.. Пока понятно только одно: в ближайшее время лучше все-таки держаться поближе к Давикову. Вот если ему каким-то образом удастся справиться с Немезидой – тогда можно будет сказать «адью», а пока что лучше подождать и не рисковать встречей с обозленной богиней. Интересно, кстати, чего она так взъелась на Давикова? Хотя какая разница… Лучше изо всех сил стараться не лезть в это и держаться подальше.
Танцор из бара проводил нас до шлюза неподалеку, где мы и распрощались. Элана ввела код при помощи карточки, предоставленной Унджахом, и мы оказались на обзорной площадке.
– Не могу понять, это все-таки хорошо или плохо, – задумчиво произнесла она. – Пока танец длился, было чудесно; но сейчас все как-то… серо, что ли.
– Если хочешь, я могу помочь забыть, – пожал я плечами.
– Не знаю… нет, думаю, не стоит. – Она вызвала гравикар. – Однако мне нужно это переварить. Да и устала я от танцев…
– Тогда давай в оранжерею, – предложил я. – Ты сможешь там спокойно посидеть и попереваривать, а я наведаюсь на Землю.
– Можно, – согласилась Элана. – Надеюсь, ухаживать за твоим телом не понадобится?
Я отрицательно покачал головой:
– Не волнуйся и не обращай на меня внимания. Твоя помощь не понадобится.
– Ну-ну, – пробормотала моя подруга, думая уже о своем.
Мы прибыли в оранжерею и обнаружили там Унджаха. Он сидел на скамеечке и читал; заметив нас, он на секунду оторвался от экрана и приветственно кивнул; я махнул в ответ рукой, и он продолжил чтение. Элана устроилась где-то в тенистом углу оранжереи, среди цветов, а я начал восстанавливать чертеж, оставшийся с прошлого раза. Унджах время от времени поглядывал на меня, но ничего не говорил. Однако, когда узор был близок к завершению, он встал и подошел ко мне.
– Простите мое любопытство, но что вы делаете?