- Прошу… Не стреляй! - взмолился грабитель в черной кепке.
Перед Ваду стояли двое из тех трех подонков, которых он так ненавидел и так презирал. И которых наконец-то он настиг. Сейчас было в его власти обрушить на них свою месть и воздать им по заслугам. Ведь он так долго ждал этого момента. Не проходило ни дня, чтобы мысли о встрече с убийцами своей семьи не посещали его. Но что-то останавливало Ваду в его намерениях. Что-то не давало переступить черту, разделяющую обычного человека как Ваду, от таких подонков как те, что были пред ним.
Пробыв некоторое время в этих колебаниях, Ваду, возможно, осознал, что не в состоянии переступить через себя и через то мироощущение, с которым он прожил всю свою жизнь и, как ему казалось, потерял его в определенный момент. А может быть это было просто бессилие, проявляющееся в несостоятельности взять всю полноту ответственности на себя. Ведь не каждый осмелится встать за штурвал своей судьбы.
Ваду опустил пистолет и отошел от грабителей ко входу в комнату. Он принял решение, что все-таки будет лучше, если эти двое предстанут перед законом и понесут наказание не только, что натворили в его доме, но и наверняка за длинную вереницу своих прежних преступлений.
Посмотрев снова на этих двоих, Ваду левой рукой достал свой телефон и стал искать номер Равеля, чтобы ему описать сложившуюся ситуацию. В какой-то момент боковое зрение просигнализировало о движении со стороны грабителей. Ваду оторвал взгляд от экрана телефона и увидел, как один из мерзавцев - это был Трефф - наставил на него пистолет. Роняя телефон, Ваду рефлекторно повалился на пол, и в это же мгновение в комнате раздались выстрелы.
Оказавшись на полу, Ваду направил свой пистолет в сторону грабителей и стал лихорадочно нажимать на спусковой крючок. Выстрелив несколько раз, он отполз к стене и, наклонившись на нее, стал соображать что же произошло.
В комнате стал ощущаться запах порохового дыма. Два мерзавца, которые еще совсем недавно стояли, теперь лежали на полу. Один из них, который был ближе к Ваду, хрипел, обхватив свою шею обеими руками; другой лежал неподвижно.
Ваду, осознав, что случилось, вдруг стал себя охлопывать по телу, пытаясь нащупать источник боли. Но так как болевые рецепторы себя особо не проявили, он сообразил, что ему повезло и его не зацепило.
Встав на ноги, Ваду подошел к лежащим на полу грабителям. Он посмотрел на Треффа, который все меньше находил в себе силы, чтобы сдавливать свою окровавленную шею. Рядом лежал Керамика, его взгляд был направлен в потолок, а футболка на нем все больше пропитывалась кровью.
Ваду стоял и смотрел, как жизнь покидает этих людей. Просто стоял и смотрел... Он не испытывал ни сострадания к ним, ни удовлетворения от их финала, ни радости мести, ни каких признаков проявления злобы к недавним врагам - ничего в нем не пробуждалось. Ничего! Осталась лишь какая-то особенная тишина. Странное и неожиданное безмолвие психики.
Вдруг Ваду заметил на себе тускнеющий взгляд Ласти - грабителя, черная кепка которого сейчас находилась поодаль от него. Он медленно зашевелил губами и с трудом что-то пробормотал.
Не расслышав, что тот ему пытается сказать, Ваду поторопился приблизиться к грабителю и опустился на одно колено, чтобы разобрать его слова.
- Ба-аст… - натужно произнес Керамика - Ба-аст…
- Где? Где он? - оживился Ваду - Скажи, где мне его найти?
- Он... в Монгреле…
- Монгрель? Где в Монгреле?
- Клинок… Бар “Клинок”...
Грабитель замолчал. Его взгляд стал холодным - взгляд, который уже никогда не отразит ни единого оттенка живой эмоции.
Ваду замер на несколько секунд, ловя себя на мысли, что в этом человеке, возможно, еще оставалось что-то светлое. Потом он поднялся и подошел к своему телефону. Подобрав его, он в последний раз посмотрел на лежащих на полу людей: Трефф с опустившимися на грудь руками больше не сопротивлялся неизбежному.
Покидая этот сторонний семейный очаг, под крышей которого сегодня вновь пересеклись жизненные траектории таких совсем разных людей, Ваду оставил дверь открытой, чтобы хозяева дома уже на пороге хоть как-то подготовили свою восприимчивость.
По дороге к своей машине Ваду позвонил Номи и, уточнив ее местонахождение, - она с утра не покидала номер отеля - велел ей приготовиться, ведь скоро он заедет за ней, чтобы потом вместе покинуть этот город.
- Что происходит? - не скрывала тревоги Номи.
- Позже! Все объясню позже! - в твердой уверенности произнес Ваду, завершая телефонный разговор.
Приветливое солнце спряталось за облаками и, судя по небу, оно еще долго не собиралось показываться, а на смену белым облакам издалека наползали их менее дружелюбные родственники.
Ваду подъехал к отелю, возле которого его уже ждала Номи, тем самым избавив его от последнего посещения их одиннадцатого номера.
- Я закрыла наше пребывание в “Кипарисе”. - Номи села в Ниверо и положила на заднее сиденье те немногие вещи, которые у них имелись - Подумала, что ты не захочешь терять времени на это.
- Спасибо! - Ваду вспоминал улицы, которые ведут на выезд - Лучше нам поскорее удалиться из этого города.
Покидая Мидлспис, ими был выбран курс на Монгрель. Предстояло проехать не одну сотню километров и к позднему вечеру, если не обрушится форс-мажор, они будут в нужной локации.
Как бы Ваду ни хотел делиться о произошедшем с ним сегодня, он все-таки считал себя обязанным рассказать Номи о том, что случилось утром в двухэтажном бежевом доме, ведь она стала частью всей его событийности в последние дни - тем единственным светлым сегментом, который не дает надежде полностью погрузиться в беспросветный омут.
- Может ты мне расскажешь, что случилось? И почему мы направляемся в Монгрель? – подтолкнула Номи к разговору своего попутчика.
- Да... Конечно!
Ваду практически детально поведал Номи о его встрече с грабителями; о неожиданной перестрелке и драматическом исходе, к которому, как бы он ни готовился, все же не был готов.
После рассказа Ваду в Ниверо воцарилась тишина. Каждый из пассажиров пребывал в своих размышлениях. И только гул двигателя, резонируя, протискивался в салон автомобиля.
- Я рада, что ты не пострадал! Что ты жив! - в какой-то момент прервала людское безмолвие Номи - И это главное для меня.
Ваду посмотрел на Номи и, ничего не сказав, продолжил свой молчаливый марафон.
Возможно, эти слова были очень важны для него. Возможно, он нуждался в поддержке Номи больше, чем мог признаться себе в этом.
Через пару часов они сделали остановку. Ваду заправил машину, а Номи прикупила чего-то съестного. И отъехав километров на шесть от заправки, Ваду нашел съезд у дороги с открывшимся живописным видом. Здесь они и решили устроить перекус.
Оба уплетали провиант, любуясь случайными красотами, которые были недоступны проезжающим невдалеке автомобилям.
- Знаешь, я осознаю весь риск, которому ты подвергаешься, находясь рядом со мной, - произнес Ваду, закончив трапезу на свежем воздухе - Но хочу, чтобы ты знала - я рад, что сейчас ты рядом со мной!
- Мне сейчас хочется остаться здесь… с тобой и никуда не торопиться. Не ехать туда, куда мы едем... - после паузы отвечала Номи - Но я понимаю насколько важно для тебя завершить свои намерения. Поэтому я постараюсь ловить такие моменты гармонии, как сейчас.
Они еще несколько минут наслаждались развернувшейся перед ними
красотой и молча слушали звуки природы.
- Ну что? Поедем? - обратился к своей спутнице Ваду и, получив от нее молчаливое согласие, вновь расположился за рулем своего авто.