— А черт его знает, пропал.
— Как так пропал!
— Пропал, как и не было. За ним посылали, искали везде, где только можно и ничего, не нашли.
— А к диким посылали?
— А как же. Только эти дикие, попрятались в горах, оставили вместо себя стариков возле своих хибар. Вы же знаете, что со стариков диких спрос не велик, они к возрасту слабеют умом, порой и слова от них не добьешься — то не понимают, то не помнят. — Они еще выпили.
— Ага, понятно. А что же завод?
— На заводе все по-старому, памятник все так же разгуливает по территории, распугивая охотников до «особых» артефактов. Ну, Вы же знаете, что предметы, найденные на территории завода, имеют особые свойства, и нигде больше на зоне не встречаются. Вот и ходят сталкеры в надежде легкой наживы, а там семитонный памятник Ленину проснулся. Что интересно, — Иван Никифорович икнул в кулак, — в Кремле не проснулся, а на заводе проснулся.
— Да-да, я слышал про памятник и про этих сталкеров. А как вы думаете, с чем это может быть связано?
— Да кто ж его знает. Мы пока пробы не возьмем, знаете, пока не посверлим, не разрежем, стружку под микроскопом не разглядим, в печке не расплавим — не поймем.
— А на самом заводе, что же. Есть ли там, какие аномалии?
— Нет, завод как завод. Старый, брошенный, с разбитым оборудованием. Хотя стойте! Есть одна аномалия, которую никак не можем объяснить — пыли в цехах нет совсем. Никакой совсем нет пыли.
«Ага, вот, значит, где нужно искать! Вот она прореха! Это то самое место, где появляется электромагнитная аномалия, и, видимо, именно она разбудила Ленина!» — догадался Константин Николаевич и с трудом заставил себя спокойно усидеть на стуле, не заерзать.
— Ну а что же пустошь, есть ли оттуда новости? — перевел Константин Николаевич тему, подливая коньяка весьма захмелевшему Ивану Никифоровичу. Аргентинская распевная мелодия плавно сменилась на хрипловатый баритон исполнителя, который пел о неразделенной любви сталкера к красавице.
— Ну, пустошь как пустошь. Пустая она, — немного заплетаясь языком, начал Иван Никифорович. — Поставили недавно патруль, знаков предупреждающих. Там же это, астероид недавно упал, вот и фонит от него здорово. Вы, наверное, уже знаете из новостей об астероиде.
Константин Николаевич согласно закивал головой.
— Только астероид этот не совсем простой. — Иван Никифорович опрокинул рюмку. — Лена! Леночка, будь добра, повтори!
— А говорите, что не пьете, — рассмеялся Константин Николаевич.
— Это все вы виноваты, споили меня, — икнул Иван Никифорович. — Спасибо, Леночка.
— Ну и что вы думаете? — направил в нужное русло мысли своего собеседника Константин Николаевич, когда они остались одни.
— Не астероид это был, не астероид, — Иван Никифорович цыкнул на свой указательный палец, призывая к конспирации. — Вот мы с вами знаем такое, что не положено знать простому обывателю, и ничего ему не скажем, чтобы не тревожить его нежную нервную систему. Но вам я скажу, потому что и вы скоро все узнаете по своей службе. Только давайте сначала выпьем.
— Леночка, принеси что-нибудь пожевать. — Константин Николаевич замахал рукой, указывая, за какой столик. — Если не астероид, то что тогда?
— Не знаю. Знаю точно, что после себя астероиды оставляют кратеры, а этот нет, хотя да, но не совсем. А, Леночка, спасибо, спасибо большое! — Они дождались, когда она уйдет, и продолжили. — Астероид врезался в нашу планету, взорвался, оставил после себя кратер. Пока все в порядке. Но вот в самом кратере, словно осколок скалы, только не каменной, а стеклянной. И мороз от неё такой, что воздух вокруг испаряется конденсатом. Наши-то сразу название ей придумали «Клык Ана», ну тот, помните, наверное, на котором мистический бриг «Бортам» разбился. Понятное дело, все сразу засекретили, патрули, пароли, явки. Но я вот в толк никак не могу взять, откуда сталкеры прознали про этот астероид и что с ним не все в порядке.
— Может, кто из патрульных проговорился.
— А что, может, вполне может быть такое. Этим я прям завтра и займусь. — Он поднял стакан. — За нас и нашу работу!
— За работу и за нас! — ответил, поднимая стакан, Константин Николаевич. Они выпили.
— А что вы сами думаете про эту скалу в кратере?
— Я, конечно, сам её еще не видел, но предположить могу, что астероид этот не весь расплавился от взрыва, а оставил после себя вот этот материал. И что скала вовсе не стеклянная, хотя и выглядит так, а скорее всего, это металл, еще не известный земной науке. Что и фонит она, тоже косвенно указывает на металл. Но это только догадки, у нас на этой неделе намечено посещение кратера научной группой, вот и посмотрим на него. — Они еще выпили, закусили и налили янтаря в стаканы.