Может, спят? Какой же, однако, чуткий сон у владельца этого домика на холме...
Ладно, рискнём.
Я толкнул дверь и шагнул навстречу приключениям на свою задницу, уже зная, что меня ждут обвинения в проникновении...
— И-извините... — но вежливость никто не отменял. — ...что вторгаюсь в вашу обитель. Но мне нужна по...
Но внутри никого не оказалось.
— мощь... Никого?
Даже сам для себя повторил что бы убедиться в этом ещё раз. На кой чёрт я это вообще сделал? А хрен его знает.
Но... Как так? Дверь же была закрыта изнутри.
Хотя это и не назвать «закрыта» на 100%, раз уж я попал сюда так просто. Но факт, остаётся фактом.
Пройдя в комнату, я обнаружил стандартный набор охранника какой-нибудь секции гаражей.
Маленький, старенький телевизор который уже еле как держится. Крошечная холодильная камера, что не пестрит особым разнообразием продуктов. И дешёвый обед на столе, который... довольно таки давно здесь стоит.
— Обед успел остыть. Сколько же времени прошло уже? — спрашивал я себя.
Даже с голодухи я бы не стал это есть. Потому от безделья, обратил внимание на телевизор на котором застыла необычная картинка.
На первый взгляд на нём идут обычные новости, при этом, они даже были в прямом эфире. Но что-то в них, приковывало моё внимание. И это что-то, отсутствие какого-либо ведущего.
Сколько бы я не продолжал смотреть, он так и не появился. Я уж было подумал, что экран просто завис, но, даже выключив и снова включив телевизор, картинка оставалась такой же, и не было даже намёка на то, что она как-то изменится. Казалось что, по ту сторону экрана, никого и не было...
Ни единого намёка на живых людей по его сторону...
И тут...
Меня пробрала дрожь.
Внутри меня, созрели сомнения, что скреблись по моей душе как драные кошки с самого моего пробуждения, и я никак не мог их прогнать. Плохое предчувствие окутывало меня в холодное и страшное одеяло. И я никак не мог отвернуться от него или отвергнуть.
С каждой секундой пребывания в этом одиноком мире...в этом наполненном лишь едкой кислотной тишине мире... мне становилось всё труднее дышать...
«Ты ведь уже всё понял? Верно?»
— Заткнись...
«Ты получил...»
— Заткнись...
«Что давно хотел»
— Заткнись!
Не желая больше оставаться в гнетущей реальности, я побежал в своё последнее пристанище с желанием закрыться в нём и никогда более не открываться тишине...
Я побежал обратно в город...
Домой.
...
— Никого.
Пробегая улочку за улочкой.
— Никого.
Оббегая каждый знакомый мне магазинчик или круглосуточный киоск.
— Никого.
Заглядывая в каждое освященное окно.
— Никого.
Подсматривая под каждую скамейку.
— Никого.
В который уже раз, обходя вдоль и поперёк среднего размера специализированный для прогулок парк.
— Ни...
Даже за углом...
— Ко...
Даже на стенах...
— Го...
Даже за раскрытыми нараспашку дверьми множества домов...
— Я никого... Не вижу...
Я так никого и не встретил. Ни единой души. Ничего.
Уже изрядно уставши, я всё равно продолжал идти в очередное место, ожидая увидеть хоть что-то... хоть кого-то...
Пролетевшая по моё правое плечо табличка, наверняка гласила «Парк для животных», но я не стал останавливаться и помчался дальше вглубь парка. Ведь я точно помнил недавно сказанное одним из учителей.
— «Недавно, объявили о том, что последнее время в парке для животных слишком много бродячих собак, постарайтесь обходить его, особенно ночью, когда они более активны....»
Но пробегая по ещё одной дорожке внутри этого самого парка, я всё больше убеждаюсь в том... Что он абсолютно пустынен и безжизненен.
Моё воображение даже успело разыграться по пути настолько, что я принял тень от веток куста, за маленького, роющегося в мусорке пёселя...
Но, не успел я подумать, что всё это большая шутка или сплошное помешательство на собственном одиночестве, как мои сомнения в реальности происходящего вокруг, развеялись по гуляющему, зимнему подмораживающему мои щёки ветру.
Уже выбившись из сил, я рухнул на ближайшую сломанную скамейку и отсутствие спортивных навыков, а также голод и внутренние переживания дали о себе знать.
Я окончательно устал...
Больше не могу поднять даже своих рук, которые должны двигаться сейчас не смотря ни на что.
Вы должны схватить. Руки, вы должны схватить ту, ускользающую от меня ниточку реальности. Той самой настоящей реальности, которая была у меня всего каких то пару часов назад. Схватите её и не отпускайте более никогда.
Прошу, поднимитесь же... поднимитесь...
Но мои руки предают меня. Банально. Забито. Заезжено.
И я, с ними солидарен прямо сейчас. Я бы также предал того, кому никакая из существующих реальностей и вовсе не сдалась.