И на протяжении многих веков члены твоего рода приходят ко мне и просят об исполнении желания сердца своего, и за то, что я помогаю им, уходят они в свой срок ко мне, в снежную пустыню. Свободно и добровольно.
И так как нет у них части души, могут они жить в стране моей, хоть и недолго.
А потом, когда время их кончается, уходят они туда, где лежит часть их души, и воссоединяются с ней, и становятся демонами.
Потому что изменяет их страна моя безвозвратно.
"Увидеть отца", - вихрем пронеслись слова Мокошь в голове у Анны. Она и правда может увидеть отца.
- Но где же здесь свобода, где добровольность? Если не можем мы быть счастливыми без малой толики души нашей?
- Потому что у вас есть выбор. Вы можете прожить жизнь обычную, не попросив меня ни о чем, и умереть человеком. Тогда после смерти возвращается к вам недостающая часть души, и становитесь вы цельными. А можете попросить, и прийти ко мне, и стать демоном. Жить вечно в кругу семьи, только иногда помогая потомкам в их короткой человеческой жизни.
- Но почему же так злобны мои предки, когда я вызываю их к себе?
- Потому что дети мои горды и ненавидят принуждение. Разве ты не такая же, о Анна?
И пока Анна искала ответ на этот вопрос, в разговор вступил Миккеле, о котором все присутствующие женщины забыли, занятые беседой.
- Почему ты пренебрегаешь мной, Анна? Да, я не говорю на мертвых языках и не знаю имен богов. Но я не глуп, и сил, чтобы прийти на твое волшебство, мне хватило. Многие ли смогли бы войти в твой дом, закрытый от живущих, и подняться на твой чердак?
"Действительно, - подумала Анна, - а как он вошел?"
- Я смог это сделать, потому что жизнь в мире вещном принадлежит мне!
- И потому что никто лучше меня не ходит по темным тропам, - эхом вторила ему Отей.
- Потому что я работала над своим творением долгие годы и многое подвластно им, - поддержала Мокошь.
- Если ты будешь со мной, то вместе мы сможем все. Мы станем цельными, чего бы ни хотели от нас наши создатели. И проживем свою, человеческую жизнь так, как захотим. И никто не будет нам указом!
И он снова протянул Анне руку, третий раз за этот вечер. Звезды в его глазах сияли, волосы блестели, а лицо было серьезным и суровым лицом воина.
- Будешь ли ты драться за свою душу вместе со мной?
Но девушка не понимала, о чем он говорит. Она может жить человеком дальше, но тогда эта тоска будет вечной. Анна мельком взглянула на Отей, и боль снова затопила её.
Все, что она думала про себя, оказалось ложью. Ее отец - демон, ее возлюбленная любит не ее, да и любовь оказалась подделкой, следствием разделения. А сама она - искусственное создание, временная компания для уставшей демоницы. Подумать только, она надеялась провести долгие счастливые часы, обучая Отей пользоваться мужским телом, показывая ей мир... Ее жизнь - подделка.
Но ведь у нее есть выход! Она может уйти в пустыню прямо сейчас.
И Анна посмотрела на плещущееся ледяное море. Жить в снегу, тишине и темноте, а потом стать демоном... Все ее существо протестовало против такого решения. Ей всего двадцать! Она и не жила еще! И потом, она всегда хотела детей... Ее брат ушел, не оставив потомства, и сейчас только от нее зависело дальнейшее существование рода.
"Ну подумаешь, сокращу поголовье демонов", - промелькнула жесткая мысль, но Анна отогнала ее. Демоны или нет, это ее семья, и она не собиралась от них отказываться.
- Хихи, дурачок, с кем и за что ты собираешься драться? С собственным предназначением? Ты собираешься отказаться от рода, от долга и от моей помощи ради невозможной химеры, из-за подслушанного разговора?
Мокошь выдернула особо высоко поднявшийся цветок, и железные зубки лязгнули около ее лица.
- Много же счастья тебе от этого будет! Разве ты не знаешь, что нет ничего хуже для живущих, чем отказ от предназначения?
"Она права", - в ужасе подумала Анна, все истории про отказ, которые она слышала, были кратки и безнадежны.
- Я пошла бы с тобой, Миккеле, - сказала она вслух, - но не знаю - куда. Потому что не вижу я для нас способа жить, как мы хотим, и не потерять самих себя.
- Я верю, что ты найдешь способ, - сказала Отей и посмотрела на Анну с надеждой. - Я не знаю человека лучше тебя, любовь моя.
И вера возлюбленной придала Анне сил.
И начала она думать.
Есть Мокошь - она хочет, чтобы Миккеле завоевал ей землю. Впрочем, нет, она хочет чтобы Миккеле построил ей храмы, война для этого совсем не обязательна.
Есть праматерь - она хочет, чтобы я пришла к ней, когда наступит срок.
Есть Отей, которая хочет, чтобы Миккеле любил ее.